Аккорд

Не пробовал обратиться?"

"– Умираю, как хочу в тебя.

– Как прошел концерт?

– Весь концерт думал о том, как хочу в тебя.

– Ты болен.

– Тобой.

Смеется.

– Я соскучился, Джесси.

– Разве у тебя было время скучать? Ты же в Вегасе.

– Я всю ночь провел на студии, детка.

– Правда?

– Правда. Ты моя, так зачем мне кто-то еще?

Она молчит. Отодвигаю телефон от уха, чтобы проверить, идет ли вызов, а затем, убедившись, что все в порядке, спрашиваю:

– Детка, ты здесь?

– Да. Я просто… Тебе правда будет достаточно только меня?

– Джес, шестнадцать дней воздержания должны были о многом тебе сказать.

Она издает смешок, а затем серьезным тоном интересуется:

– Так, значит… Я и ты…

– Дьявол, детка. Просто признай, что ты моя.

Джес хихикает. Именно хихикает. Как пятнадцатилетняя школьница. А мои губы раскрываются в довольной улыбке.

– И как дела на студии? – спрашивает она.

– Кое-что набросал. Хочешь послушать?

– Конечно.

– Я поставлю тебя на громкую связь, сейчас, подожди минутку.

Жестом прошу Джо включить микрофон и надеваю наушники. Затем настраиваю гитару и начинаю наигрывать вступление. Аккорды складываются в гармонию, наполняя комнату мелодичными звуками, и я начинаю напевать текст, на который потратил несколько часов.

Джессика не произносит ни слова, пока я своей мелодией признаюсь ей в любви.

* * *Когда поздно вечером я подъезжаю к дому Джессики, вокруг ни души. На часах – половина первого ночи, и наверняка она уже легла спать, но я умираю, как хочу ее увидеть. Захожу в жилой комплекс и на лифте поднимаюсь на седьмой этаж. Возле двери пишу ей сообщение, чтобы не звонить в дверь и не разбудить тем самым Лизи.

Тиджей:

«Я у двери, откроешь?»

Барби:

«У какой двери?»

Тиджей:

«У твоей. Мне нужно тебя увидеть».

Барби:

«Дашь мне пару минут?»

Вскидываю брови, но все же отвечаю:

Тиджей:

«Конечно».

Принимаюсь раскручивать телефон в руке, пытаясь понять, почему она не открыла сразу. Гнусные мысли лезут в голову, но я пытаюсь их прогнать.

Спустя долгие пять минут дверь открывается, и на пороге я вижу Джессику в костюме медсестры.

О ДЕРЬМО.

– Лизи спит? – нахожу в себе силы задать вопрос. Но это так сложно, словно у меня амнезия, и я забыл о существовании звуков.

Стоит Джессике кивнуть, тут же одним рывком поднимаю ее за задницу и несу в спальню, где трахаю так сильно, словно не делал этого целую вечность, а не каких-то три дня.

Когда мы оба откидываемся на матрас, пытаясь отдышаться после двух раундов, с губ Джессики срывается удовлетворенный стон:

– Я скучала.

Издаю смешок:

– По члену? Или по мне?

– По вам обоим.

– То есть у нас только что был тройничок?

Хоть я ее не вижу, ставлю сто долларов на то, что сейчас она закатила глаза.

– У тебя какая-то одержимость тройничком. Все шутки про это.