Академия Выскочки. (Не)случайное попадание

 – Ты же голодная! Когда ты в последний раз ела?

Задумавшись, я вспомнила сегодняшнее утро. Маленькую чашку чёрного жгучего кофе вряд ли можно назвать завтраком. Ведь я надеялась полноценно подкрепиться уже в офисе.

– Вчера? – с сомнением в голосе ответила я.

– Ну как же так?! – вскочила уже вторая сестра, Тиша. – Уже вечер и ты молчишь!

– Но сначала надо показаться декану, – сказала Ханна.

– И получить официальное подтверждение того, что ты студентка Академии, – согласно закивала Тиша.

– Иначе? – нетерпеливо подкинула я сёстрам вопрос.

– Иначе ты можешь стать добычей любого оборотня, – радостно провозгласила Ханна.

– Пока ты не находишься под защитой своего клана или Академии любой мужчина может предъявить на тебя права, – улыбаясь добавила Тиша.

– Ведь ты из приюта! – закончили они хором.

У меня отвисла челюсть.

4. Знакомство с Академией

Вопрос с выяснением, почему такая несправедливость происходит с людьми из приютов, пришлось оставить на потом. Мой внутренний мир снова взмолился о бренной пище и сестрички-лисички засуетились.

Вытолкав меня из комнаты, они взяли меня с двух сторон за руки и как на аркане потащили куда-то по сумрачному коридору.

Первое, что меня поразило – я прекрасно вижу в темноте. Что ж, хоть какой-то плюс у нового тела. Могу, не включая свет, спокойно среди ночи ходить к холодильнику. «Какой холодильник! – взмолился неуёмный мозг. – Здесь, скорее всего, погреб и ключница!» Ну и что, решила я не сдаваться и, как говорят информационные коучи, видеть в любой ситуации позитив.

Надо сказать, что Академия, а точнее те коридоры, по которым меня вели сёстры, были странными. Складывалось впечатление, что здание, долго готовили к ремонту, а потом передумали и бросили не доделав.

В этот момент я споткнулась, и если бы не лисички, подхватившие меня с двух сторон, пропахала бы своим прекрасным носиком выщербленный паркет. Интересно, у меня всё такой же красивый вздёрнутый нос или меня наградили какой-нибудь картошкой. Я скосила глаза на кончик носа.

– Может, всё же к Осману? – с сомнением проговорила над моей головой вроде бы Ханна.

– Думаешь, необратимые последствия инициации? – тихо спросила, наверное, Тиша.

Я посмотрела на сестриц. Сначала на одну, потом на другую. И решилась всё же спросить:

– У меня два вопроса. Нет, три. Но первые два – самые важные. Вопрос первый: как вас различают другие?

– Никак! – радостно хором воскликнули девушки. – Нас даже родители путают!

– Чем мы постоянно пользуемся, – хихикнула Тиша.

Или это была Ханна.

– Хм… Допустим. То есть, если я назову кого-то из вас не вашим именем, ничего страшного не произойдёт? – с сомнением уточнила я.

Лично мне всегда было неприятно, если меня называли чужим именем или не запоминали.