Альбигойский Крест. Сенешаль Каркассона

 – Нельзя туго бинтовать неочищенную рану! Надо её почистить от осколков костей и прочей грязи, залетевшей вместе со стрелой!

– Заткнись и делай, как я сказал. – Спокойным холодным голосом произнес Меркадье.

Он и не догадывался, что своими словами он обрекает любимого им короля на смерть. Смерть неумолимую и быструю, словно удар по шее саксонской секирой."

"Лекарь Шарль, понимая, что ему надо думать уже о своей жизни, молча начал обрезать черные края раны короля. Гной практически не сочился из раскрытой раны. Он обрезал, сколько можно дальше, края раны и начал бинтовать плечо… Ощущение вареного мяса под руками уже не удивляло лекаря. Гангрена…

Меркадье расхаживал из угла в угол палатки, нервно покусывая верхнюю губу. Лекарь решил попытаться спасти короля в последний раз, используя то, что Меркадье немного отвлекся…

Он раскрыл рану и чистой корпией промокнул её глубину, насколько позволяло отверстие. Затем, Шарль аккуратно вынул из кармана несколько листов подорожника, ополоснул их горячей водой, порезал ножом и запихнул в полуоткрытую рану. Король застонал. Шарль на мгновение почувствовал, как его пальцы наткнулись на осколок кости или стрелы, находившийся в самой глубине раны. Врач переборол человека. Шарль попробовал тонким кинжалом извлечь осколок из раны.

– Что ты там ковыряешься, паскудник? – рявкнул из-за спины голос Меркадье.

– Ничего… – ответил лекарь и в душе махнул рукой на короля. Он незаметно всунул листья подорожника поверх раны и стал мотать корпию.

– Туже мотай, урод! – Не унимался Меркадье.

Лекарь, скрипя сердцем, туго замотал рану и стал складывать свои нехитрые медицинские инструменты.

– Собрал свои пожитки?

– Да, сеньор…

– Тогда проваливай отсюда… собака!

Лекарь схватил в охапку своё хозяйство и посеменил к выходу. Его взгляд наткнулся на пристальный взор глаз монаха, молившегося тихонько в уголке.

– Два или три дня… – шепнул лекарь и выбежал, оставив монаха наедине с королем и Меркадье…

В ночь с 25 на 26 марта 1199 года внезапно загорелся большой вяз, стоявший на излучине реки. Это был тот самый вяз, возле которого находился король Ришар, когда стрела Чезаре сразила его, неся мщение за зверски убитого брата. Один из арбалетчиков отряда Чезаре разбудил брата, сказав:

– Лев издыхает, Чезаре.

Чезаре открыл глаза, отошел ото сна и произнес:

– Слава Богу…– после чего снова забылся сном.

Арбалетчик, крепкий мужчина лет сорок пять от роду, седой с крупным и костистым черепом и жутким шрамом в половину лица, пожал плечами и побрел к своей кровати, чтобы поспать после дежурства…

Лекарь Шарль понял, что ему уже не спасти жизнь короля. Надо было спасать свою жизнь.