Альбигойский Крест. Сенешаль Каркассона

Филипп укоризненно посмотрел на него:

– Ой, Монморанси! Типун тебе на язык! Разговор идет о графе де Комминж…

– Простите, сир, бестолкового… – Матье смутился.

– Эх, святая простота – купил лошадь без хвоста! – Улыбнулся король. – Стыдно, Монморанси, быть таким простофилей! Особенно, тебе, правнуку самого Генриха Боклерка!..

– Зато, сир, я не паскудничаю, как многие родовитые сеньоры! – вспыхнул Матье.

– Ладно, прости ты меня, старика, мой старый и верный друг… – Филипп улыбнулся. – Кому-кому, а тебе, право, грех на меня обижаться…

– Клянусь Богом, сир… – Матье смутился.

– Значит так, сеньоры… – король подвел общий итог беседы. – Мессиру де Леви должны быть оказаны все возможное, и невозможное, лишь бы он удержался в Каркассоне. А с головы его светлости де Фуа, равно как и его сына, не должен теперь упасть ни один волос! Даже муха без нашего разрешения и документа не должна пролететь над головами де Фуа!..

– Будет исполнено, сир… – хором ответили советники.

– Ох, смотрите у меня… – Грозно, но с веселостью в голосе, ответил им король. – Ух, тогда я вас, ротозеев!..

Советники засмеялись. Им нравилось, когда король заканчивал совещания в такой, вот, веселой, непринужденной и немного игривой ноте. Они встали и пошли к выходу из комнаты, когда Филипп обратился к принцу и приказал ему задержаться.

«Опять он… – подумал Людовик. – Сейчас начет свое промывание» мозгов…».

Когда двери за советниками закрылись, Филипп улыбнулся и сказал:

– Луи, глупый, пойми ты меня, наконец, что я желаю тебе только счастья! Юг очень опасен для тебя. Не надо смотреть на меня, как сыч! Твое здоровье сильно тревожит меня с момента рождения. Твоя покойная матушка, царствие ей Небесное, всю свою слабость передала именно тебе, что не может меня не тревожить…. На Юге полно всякой заразы, даже наш лавный дед, Людовик Воитель, захворал и умер от поноса после своего похода в земли Оверни, а они значительно севернее Окситании! Я хочу успеть, еще до своей смерти, навести там порядок, чтобы ты, не приведи Боже, там не оказался с войском…

Людовик удивленно посмотрел на отца. Таким заботливым он его еще не видел. Филипп продолжил:

– Запомни мои слова, сын, и заруби их себе на носу! У тебя, слава Богу, есть отличная и мудрая жена, Бланш де Кастиль, Герен, Матье и Бартелеми, еще, дай им Бог, проживут немного и помогут тебе. Они же и назначат надежных людей себе в сменщики, ты им не мешай, но, периодически, проверяй. И, самое главное, не обижай самых верных тебе людей, но, сын, сильно их не балуй. Не дай Бог, чтобы они возомнили о себе, черт знает, что, и стали похожими на дурака Рено де Даммартена!

– Я все понял, батюшка… – принц поклонился.