Альбигойский Крест. Сенешаль Каркассона

Франки воюют с франками не на жизнь, а на смерть! Ужас, да и только! Даже мы с тобой, если и бились друг против друга в Нормандии, но старались уважать рыцарскую этику и не проливать кровь своих собратьев по оружию, волею Господа оказавшихся по разные стороны…

– Да мой друг, – сенешаль опустил голову, – мне тоже порядком поднадоело все это безумие…

На следующий день девушка Флоранс заглянула в гости к сокольничему Раулю, возившемуся с птицами в голубятне. Рауль чинил крепкие кожаные перчатки, меняя бечеву, что удерживает соколов на привязи перед началом охоты.

– Бог вам в помощь, добрый Рауль… – тихо произнесла она, придав голосу смущение и робость. – Простите, что отрываю вас от дел…

То поднял глаза и улыбнулся в ответ:

– Проходи, дитя. Я уже закончил чинить перчатки графа.

– Ой, какие они большие и крепкие! – Удивилась она, прикасаясь к перчаткам. – Зачем они графу?.."

"– Ну, моя дорогая, грешно не знать таких вещей! – Ответил сокольничий. – Перед тем, как отпустить ловчую птицу, она сидит на перчатке, привязанная ремешком за ногу, а колпачок одет ей на голову, чтобы она не тревожилась раньше времени…

Он показал девушке небольшой колпачок с кисточкой, который надевался на голову соколу.

– Ой, какой он смешной! – Восхитилась Флоранс. – А можно, я немного поиграю с голубями?

– Играй… – вздохнул сокольничий, приоткрывая дверцу голубятни. – Я спущусь вниз. Скоро начнется охота на лебедей, надо все проверить…

– Хорошо, дядюшка Рауль, вы добрый человек…

Он ушел. Флоранс убедилась, что его шаги стихли, взяла одного из голубей и привязала к его ногам маленький свиток пергамента, подошла к окну и отпустила его, прошептав:

– Лети, мой родной, лети…

Голубь вспорхнул, взвиваясь по спирали в небо над городом, сделал несколько кругов и полетел на юг.

Флоранс быстро закрыла дверцу голубятни и спустилась вниз, где ее встретил встревоженный Рауль, увидевший вылетевшего голубя:

– Что случилось? Небось, всполошила птичек?..

– Ой, дядюшка! – Взмахнула руками Флоранс, изображая переживание. – Я нечаянно упустила одного голубка…

– Жаль… – вздохнул сокольничий. – Теперь он улетит в свои края. А я, признаться, хотел немного поучить его…

– Простите меня… – Изобразила слезы девушка. – Вы никому не расскажете?

– Ступай… – вздохнул тот с улыбкой. – Улетел, так улетел. Значит, судьба у него такая…

Ги-младший в это же время заканчивал выдачу арбалетов наемникам и собирался отвести их на стрельбище, устроенное за свинарниками, когда его окликнул один из патрульных:

– Мессир Ги! Голубь взлетел!..

Ги поднял голову и увидел небольшой белый комочек, взвивавшийся в высь.