Александр Агренев. Трилогия (СИ)
Попаданство. По вине катаклизма наш современник оказался в теле Александра Агренева, молодого выпускника Первого Павловского военного училища. Как выживет он в мире, который для него чужой? Поплывет ли по течению или воспользуется шансом построить свою жизнь заново? Бойтесь желаний своих, ибо они имеют свойство сбываться, обычный человек в веке двадцать первом и ставший титулованным аристократом и офицером пограничной стражи в веке девятнадцатом, Александр проверил истинность этого утверждения на себе. Поначалу он просто очень хотел выжить в чужом для него времени и мире. Потом – жить нормально, не экономя скудное жалованье корнета-пограничника. Затем появилось еще одно желание, другое, третье… и как-то так вышло, что теперь, на шестом году новой жизни, он – оружейный магнат, изобретатель, успешный фабрикант и обладатель миллионного состояния. Все сбылось, всего достиг… Или не всего? Странное желание будоражит кровь князя Агренева, не дает спокойно спать и жить. Дикое и неразумное в своей простоте и невозможности желание – провести корабль империи сквозь две революции и две войны…
Последнюю фразу князь сказал специально, чтобы посмотреть, как отреагирует корнет на то, что его хвалит младший по чину, но куда как более опытный в вопросах выживания Григорий. Увиденное понравилось – нормально реагирует, даже довольно улыбнуться и то не постеснялся.
«И всего-то разок на операционном столе повалялся, а сколько ума прибавилось».
– Так вот, по поводу занятий. Чем больше они прольют пота на занятиях, тем меньше потеряют крови на службе. Тем более в последнее время появилась некоторая экономия в патронах и их можно не беречь так уж сильно.
– С этим утверждением трудно спорить, Александр Яковлевич. А вот интересно, для вас есть польза от таскания солдатами бревен?
– Конечно! У меня теперь гораздо больше времени для личных занятий на полигоне.
«А заодно – разработка, проверка и испытание всех моих идей по поводу подготовки личного состава. Скоро обычный «молодой» из недавнего пополнения будет стрелять, как ковбой, и бегать, как ковбойская лошадь, а в маскировке запросто переплюнет хамелеона».
Отмокая вечером в ванне, Александр вспоминал разговор-собеседование с господином Сониным, состоявшийся ровно месяц назад. В общем и целом Андрей Владимирович князю понравился: опытный профессионал, достаточно молодой – сорок лет еще далеко не старость, держался хорошо и с чувством собственного достоинства, хотя было заметно, что особым достатком похвастать не может. Так, остатки былой роскоши. На вопросы отвечал не задумываясь, даже на достаточно неприятные для него. Например, о причине увольнения с должности управляющего механическим заводом ответил просто:
– По причине несогласия с тем, как ведутся дела новым руководством.
– Новым руководством? Прошу прощения, нельзя ли подробнее об этом?
– Конечно. Когда четыре года назад по высочайшему повелению все предприятия Сергея Ивановича… то есть господина Мальцева, были переданы в казенное управление, всем сразу стало понятно, что это начало конца. Шестого апреля прошлого года совершилось банкротство, и завод, которым я имел честь управлять, приобрел некий господин Бергюссон.
«Да уж, из директоров завода в сменные мастера. Этакая карьера наоборот. А ведь хорошо держится! Самое же интересное, что теперь я знаю, где можно навербовать квалифицированных мастеровых. Ну или более-менее подготовленных».
– …после чего получил полный расчет. Далее, думаю, вам все известно.
Князь кивнул, соглашаясь.

















