Александр Агренев. Трилогия (СИ)

Мосин едва удержался от недовольной гримасы, после чего хоть и вежливо, но решительно отказался, вернее, попытался это сделать: тигриные глаза и манеры поручика буквально замораживали своей вежливой властностью.

– Что, простите?

– Так сколько же вам надобно патронов, Сергей Иванович? На данный момент?

– Признаться, я не вполне понимаю, зачем вам это, но извольте – еще никак не меньше полусотни!

– Всего-то? Ерунда какая! Через десять минут я вам сотню занесу.

Перебирая (даже не через десять, а всего через пять минут) новенькие патроны с тупоносой пулей из аккуратно надорванной бумажной упаковки, Мосин не удержался и удивленно спросил:

– Не будет ли с моей стороны большой бестактностью поинтересоваться, откуда у вас эти патроны? Меня твердо заверили, что новые поставят никак не раньше чем через три дня.

Уверяли, что это из-за недостатка нового пороху выделки Охтинского завода. А! У вас, верно, был некоторый личный запас, оставшийся от испытаний вашей «агрени»? Или же я ошибаюсь?

– Он у меня и сейчас есть. Только это патроны не от Петербургского завода, а из Сестрорецкого – Российской оружейной компании.

И порох не Охтинского завода, а французского производства. Кстати, совсем забыл предупредить – навеска заряда немного больше привычной вам.

– Как?!

Вот так понемногу, можно сказать «тихой сапой», Александр разговорил обычно замкнутого в себе оружейника-конструктора, и уже через полчаса они вполне нормально общались, доверительно обсуждая недостатки бельгийской винтовки. Последнее оказало на оружейника просто-таки целительное воздействие, схожее по своему действию с мифическим эликсиром жизни: появился здоровый румянец, речь приобрела невероятную живость, а усталость просто испарилась, как будто ее и не бывало.

Закончилось все тем, что капитан Мосин и поручик Агренев решили прогуляться на стрельбище и оценить в деле работу друг друга, после чего ненадолго разошлись: Сергей Иванович отправился за последней модификацией своей винтовки, а князь – к себе в комнату, распаковывать свою «агрень» и заодно прихватить еще пачку патронов. Уже на стрельбище, когда Александр только достал из чехла винтовку, Мосин едва заметно погрустнел, но все еще держался молодцевато. Пока поручик набивал три магазина, он успел быстро осмотреть ее и, когда все было готово, молча вышел на огневой рубеж и приступил к близкому знакомству.

Гданн, гданн, гданн…

Князь тем временем взял в руки однозарядку с уже примкнутым игольчатым штыком, оценил внешний вид, приложился…

«Тяжеловата. Или это меня так «агрень» избаловала? Ложе неудобно держать, а развесовка… м-да, видно, что в спешке делали.