Александр Агренев. Трилогия (СИ)
Попаданство. По вине катаклизма наш современник оказался в теле Александра Агренева, молодого выпускника Первого Павловского военного училища. Как выживет он в мире, который для него чужой? Поплывет ли по течению или воспользуется шансом построить свою жизнь заново? Бойтесь желаний своих, ибо они имеют свойство сбываться, обычный человек в веке двадцать первом и ставший титулованным аристократом и офицером пограничной стражи в веке девятнадцатом, Александр проверил истинность этого утверждения на себе. Поначалу он просто очень хотел выжить в чужом для него времени и мире. Потом – жить нормально, не экономя скудное жалованье корнета-пограничника. Затем появилось еще одно желание, другое, третье… и как-то так вышло, что теперь, на шестом году новой жизни, он – оружейный магнат, изобретатель, успешный фабрикант и обладатель миллионного состояния. Все сбылось, всего достиг… Или не всего? Странное желание будоражит кровь князя Агренева, не дает спокойно спать и жить. Дикое и неразумное в своей простоте и невозможности желание – провести корабль империи сквозь две революции и две войны…
Вы и вправду ведете дюжину новых разработок одновременно?
Герт непритворно (ну почти, все же некоторая доля сурового мужского кокетства присутствовала) закручинился:
– Если бы дюжину! Пожалуй, все две, ежели не больше. Мне пришлось изрядно освежить знания по пневмосистемам и гидравлике, чтобы только понять, с чего начинать некоторые прожекты. Да-с. Так, ну на обычном производстве ничего нового вы не увидите, а вот на опытно-экспериментальном, пожалуй, мне все же найдется чем вас удивить.
Не замедляя шага, он махнул перед охранником чем-то вроде небольшой кожаной визитницы в раскрытом виде и провел гостя в первый из своих цехов.
– Вот здесь у нас, так сказать, работа по заявкам инженера Луцкого.
– А что именно?
– Двигатель на жидком топливе. Если я все правильно помню, то Борис Григорьевич пытается приспособить его под отходы производства керосина – бензин или мазут.
– Хм, это любопытно. Скажите, Иммануил Викторович, а вон те слесаря, чем это они у вас заняты?
Картина действительно была интересной: на первый взгляд казалось, что двое мастеровых решили вспомнить детство и попрыгать, только делали они это по очереди и приземлялись исключительно на крышку т-образной конструкции, состоящей из куска чугунной станины четырехдюймовой толщины, мощной пружины и вставленной в нее несуразно тонкой составной трубы из стали.
– Позвольте? Ах это. Одну минуту, я сейчас.
Вернувшись к приятелю буквально через пару мгновений, улыбающийся станкостроитель заметил:
– Рационализаторы! Лебедкой с грузом им поработать лень, а прыгать, значит, не лень.
– Признаюсь честно, Иммануил Викторович, я так ничего и не понял.
– О! Прошу меня простить, не заметил, как отвлекся. Это вы видели, если можно так сказать, импровизированные испытания гидравлического гасителя колебаний. Кстати, на него уже выстроилась целая очередь заказчиков – редкий случай на моей памяти.















