Александр Агренев. Трилогия (СИ)

Собственно, и правильно сделал, так как возмущенные попыткой сопротивления налетчики потеряли последние крохи вежливости и начали щедро отвешивать профилактические оплеухи всем, кто только вызывал их подозрение. А так как подозрительно выглядели все, то через три минуты проще было посчитать тех, у кого не появился новый синяк или шишка, – человек с пять таких все же набралось. Самых смирных или самых умных.

– Я же сказал – тихо! Эй, Яшкина кобыла. Да-да, именно ты – сам встал, сам поскакал на выход, пока не помогли. Вот и молодец, всегда бы так. Ну что, господа мазурики, давайте прощаться? Вы уж посидите немного тишком, а мы в вас за это даже стрелять не будем.

Лады?

Дверь в трактир с громким треском захлопнулась, и те, кто сидел к ней ближе всех, отчетливо услышали, как все тот же голос указал смотреть за выходом четверть часа. И не просто смотреть, но и палить в любого, кто только высунется. Понятное дело, что держать в себе такие сведения никто не стал, отчего даже самые отпетые смельчаки рискнули подышать свежим воздухом только через час, когда белая питерская ночь уже практически закончилась.

Много позже, когда завсегдатаи «Ямщика» окончательно пришли в себя и стали оживленно (и очень нецензурно) обсуждать произошедшее, больше всего всех интересовал один вопрос: что это было? И не только их. В столичном сыскном управлении, ознакомившись с докладами от полудюжины осведомителей, тоже начали ломать голову. А также шерстить картотеку и вспоминать: ну и кто же это такой – Ленька Пантелеев?

Глава 17

– Тщательно рассмотрев представленные на конкурс образцы и проведя всесторонние испытания, Комиссия сочла, что объявленным условиям более всего соответствует винтовка системы Мосина – Агренева.

«Да как же Комиссия! Если бы не решение императора, так по сию пору и спорили бы, что лучше – магазинная винтовка или же однозарядная. Идеальное оружие в представлении большинства генералов – это стреляющее копье…»"

"Фельдъегерю, доставившему Александру срочный вызов в Оружейный отдел Главного артиллерийского управления, пришлось изрядно помотаться. Приехав в Сестрорецк, он узнал, что князь уже четыре дня как в столице, но вот где именно он там остановился, никто и не знает.

Кроме господина Лунева – вот его адрес известен, пожалуйста. Стряпчего в конторе тоже не оказалось: он ровно день назад срочнейшим образом отбыл в Москву по крайне важному делу. Опытный курьер унывать не стал, а вместо этого принялся методично обходить все фешенебельные отели Петербурга. И в седьмом по счету ему все же повезло – его сиятельство князь Агренев наконец-то отыскался. Вернее, отыскался номер, который он снимал, а сам аристократ появился ближе к вечеру.