Александр Агренев. Трилогия (СИ)
Попаданство. По вине катаклизма наш современник оказался в теле Александра Агренева, молодого выпускника Первого Павловского военного училища. Как выживет он в мире, который для него чужой? Поплывет ли по течению или воспользуется шансом построить свою жизнь заново? Бойтесь желаний своих, ибо они имеют свойство сбываться, обычный человек в веке двадцать первом и ставший титулованным аристократом и офицером пограничной стражи в веке девятнадцатом, Александр проверил истинность этого утверждения на себе. Поначалу он просто очень хотел выжить в чужом для него времени и мире. Потом – жить нормально, не экономя скудное жалованье корнета-пограничника. Затем появилось еще одно желание, другое, третье… и как-то так вышло, что теперь, на шестом году новой жизни, он – оружейный магнат, изобретатель, успешный фабрикант и обладатель миллионного состояния. Все сбылось, всего достиг… Или не всего? Странное желание будоражит кровь князя Агренева, не дает спокойно спать и жить. Дикое и неразумное в своей простоте и невозможности желание – провести корабль империи сквозь две революции и две войны…
– Очередной конверт полетел в мусорную корзину, а князь продолжил свой рассказ: – Короче, расставили нас по номерам и обеспечили условно диким зверем в товарных количествах. После третьей подряд косули мне стало просто скучно, так что дальше я развлекался отстрелом веток и невинными шалостями вроде порчи уже подбитых, но еще не упавших наземь птичьих тушек – дробинкой больше, дробинкой меньше, кто там будет считать? Заодно вспоминал, как мы с тобой за «несунами» охотились – вот где скукой и не пахло, скорее наоборот.
– Да уж, было времечко. Вот веришь, командир, иногда даже и повторить хочется.
– А вот скоро и узнаем. Его высокопревосходительство военный министр Ванновский как-то там утряс с Вышнеградским[29] вопрос насчет испытаний нашей оружейной продукции в Олькуше, так что скоро повезем туда кое-какую амуницию и карабины «агрень».
– Это хорошо, знакомых ребят повидаю. Было бы неплохо и родных навестить."
"Вчитавшись в очередное письмо, фабрикант скривился и скомкал его в ладони, тут же переправив в корзину.
– Сразу, как только решим вопрос с разменом французских бумаг.
– Самоубился, сердешный. Но исповедаться на бумаге перед этим все же успел – вон, на полке синяя укладочка.
– Потом прочитаю, расскажи своими словами.
– Ну если коротко: Сема Семинарист подсказал квартирку, где поверенный с ним встречался, и записку для него накорябал. Тот, разумеется, незамедлительно примчался, весь в ожидании радостных вестей. Поговорили мы с ним немного, он письменно раскаялся и с помощью револьвера приказал долго жить. Кстати, тоже записку оставил – дескать, никого не виню, какой жестокий мир и все такое прочее.
– Помню-помню, как ты его гостеприимно встретил.
– Да я об его костлявый зад едва ногу не расшиб! Кхм. Ну а после этого и вовсе нехорошо получилось. Господин Яковлев решил заказать станки у своего знакомого и с этой целью пожаловал на завод.

















