Александр Агренев. Трилогия (СИ)

Доволен? Распорядись лучше, чтобы чего-нибудь поесть принесли – я вчера без ужина остался, а сегодня, похоже, что и без завтрака.

Вот эта тема для Григория была близка и понятна, тем более что он и сам пропустил утреннюю трапезу, так что уже через десять минут на столе появилась свежая выпечка на небольшом подносе и две «небольшие» полулитровые кружки с чаем. Одобрив труд кулинаров его полным уничтожением, приятели вернулись к прежним занятиям: князь небрежно пролистывал содержимое последней укладки, а главный инспектор так же небрежно проглядывал заголовки утренних газет на предмет поиска интересной или даже полезной информации.

Как оказалось, он не там искал: услышав невнятное бормотание своего друга, Григорий отбросил «Петербургские ведомости» в сторону и с немалым удивлением увидел, как фабрикант буквально вцепился в листок с какими-то каракулями. Вернее, в несколько таких листков, раскладывая их перед собой на манер диковинного пасьянса.

– И ведь даже и не слышал про таких людей! Вот уж точно, нет пророка в своем отечестве.

– Ты это про что, командир?

– Да вот, нашел заявку на автоматический телефонный соединитель и еще на кое-что.

Правда, я как-то и не сразу сообразил, что у меня в руках. А как понял, так и задумался – и зачем мне теперь Вестингауз? Разве что поможет с обучением рабочих, да оборудование у него заказать. Так потом придется все под метрическую систему переделывать. Или нет?

– Да объясни ты мне по-человечески, Александр Яковлевич, что ты там такое нашел?

– Людей нашел, Гриша, людей. Некто Апостолов, Голубицкий, Фрейденберг и Мосцицкий. Они мне и сам телефон, и автоматическую телефонную станцию к нему сделают.

Ай да канцелярист, вытянул-таки счастливый билетик! Даже если все остальные его папки окажутся пустышками, свои деньги он определенно заслужил. Определенно!"

"В принципе попасть в подземные складские комплексы Российской оружейной компании можно было очень даже легко – через добрую дюжину входов и соответственно выходов. В принципе. Но легкость эта распространялась лишь до первого кладовщика и первой решетчатой перегородки-тамбура, а дальше обязательно требовалось письменное разрешение господина управляющего или главного инспектора, а в некоторых случаях так даже и владельца фабрики.

Если требуемые бумаги были в порядке, расторопные и приветливые кладовщики отгружали, принимали на хранение, выдавали – одним словом, образцово выполняли свои служебные обязанности. Если же нет, они тоже не расстраивались, мгновенно превращаясь в бдительных и очень агрессивных охранников со всеми вытекающими из этого печального для нарушителей факта последствиями.