Александр Агренев. Трилогия (СИ)

И вроде бы, месяца через три стоило ждать гостей из Латинской Америки — так как изделие герра Манлихера чилийскую военщину не устроило, а другие претенденты смотрелись еще бледнее. Помимо дел оружейных, Вениамин Ильич не забывал и о других своих обязанностях, все так же добросовестно окучивая отечественных и иностранных предпринимателей на предмет продажи им лицензий. Правда, делал это все больше руками своих подчиненных, число коих не так давно перевалило за шесть десятков человек. Разумеется, не забывал он и отдыхать от трудов праведных — в основном в Москве и ее пригородах, где подыскивал для своего клиента лакомые кусочки недвижимости…

— Вот, для простоты восприятия я отметил на карте города все интересные нам участки земли.

— А что означают эти цифры?

— Это я для порядка, Александр Яковлевич, чтобы ничего не упустить и не перепутать.

Шлеп!

На карту улеглась стопка исписанной бумаги, с характеристиками возможных приобретений. Для постройки доходных домов, места для размещения будущих заводов и магазинов, ну и на отдельном листке — для устройства московской резиденции князя Агренева.

— Если приобрести городскую землю в Большом Харитоньевском переулке, то будет место под застройку, причем совсем рядом с Мясницкой. Чуть подалее, в Пречистенской части, а еще точнее в Гагаринском переулке — усадьба Нащокиных. Почти в десятину размером и всего за полтораста тысяч. Еще чуть дальше, на углу со Староконюшенным, два участка у князя Гагарина — полторы десятины, двести шестьдесят тысяч на ассигнации. В той же части есть еще две усадьбы: Афросимовых, с хорошими строениями и обстановкой, в Обуховом переулке, за двести сорок тысяч.

Докладчик на мгновение замялся. Глянул на карту, листнул записи и тут же продолжил.

— Так же есть несколько больших, и при этом недорогих домовладений в Арбатской части, у Спиридоновки и Поварской. И вариант с покупкой городской земли в Огородной слободе и Большом Харитоньевском. Конкретных переговоров о цене провести не успели, но если надо?..

Молодой аристократ несколько минут помолчал, после чего утвердительно кивнул — надо.

— Теперь по поводу ваших финансов.

Стряпчий встал, дошел до громадного стального сейфа, по какому-то странному недоразумению называемого просто несгораемым шкафом для ценных бумаг, и с некоторой натугой открыл правую створку. Пошуршал многочисленными укладками и папками с пружинным переплетом (некоторые новинки он успевал оценить самым первым) и вернулся обратно.

— Вот-с, прошу — детальный отчет по всем вашим счетам.