Александр Агренев. Трилогия (СИ)

— Совсем забыл вам сказать. Приказом по военному ведомству, надзирать за работой по переустройству казенных оружейных заводов назначен князь Гагарин, Андрей Григорьевич.

— Но он же служит в Петербуржском арсенале? А как же?..

— Вот!.. А вы мне тут рапорт подаете. Подумайте, добрый мой вам совет — хорошенько подумайте! Надо ли вам в преддверии нового назначения затевать всю эту чехарду с официальными бумагами и проверяющими. Тем паче, что князь уже извинился, и готов повторить свои слова на публике.

— Но…

Генерал-майор опять снял пенсне, только на этот раз его пальцы легли на виски — его определенно начинал тяготить этот разговор. Вернее, столь откровенное непонимание его визави сложившейся ситуации. Ведь если не дай бог пришлют проверяющих — плохо будет всем!

— Хорошо, я подпишу ваш рапорт. Однако, напоследок, замечу: неприятности, которые вы доставите князю Агреневу, будут крайне незначительны. Если вообще, они у него хотя бы будут. А вот он вам в качестве ответной любезности, сильно затруднит дальнейшее продвижение по службе.

Иван Иванович откинул крышечку своей чернильницы, не глядя, ткнул в нее пером, скребанув по донышку, и поставил размашистую визу.

— Если оно у вас вообще будет — это самое дальнейшее продвижение. Всего хорошего, Георгий Иванович!..

День, начавшийся просто дурно, затем пошедший просто отвратительно, закончился для полковника и вовсе ужасно — его обидчик устроил в Офицерском собрании большой открытый прием. За свой счет, разумеется, и счет немалый — дорогое шампанское, вина, шоколад и цветы для дам, небольшие сувениры всем присутствующим… Те самые проклятые пистолеты-зажигалки! Не пойти на прием было просто невозможно (князь прислал именное приглашение, на обороте которого еще раз подтвердил свою готовность к извинениям), пойти — да проще было застрелиться, чем терпеть неизбежные косые взгляды и насмешки. Откуда все только и узнали?!.. Впрочем, наверняка младший из Мосиных постарался — низкий человечишко, подлая порода …

— Проклятая провинция!!!

На прием он так и не пришел. Но было бы настоящим преувеличением сказать, что все остальные от этого сильно огорчились — нежданное развлечение и отменное угощение (вкупе с обилием танцев) оказались для них куда важнее. Хотя его определенно вспоминали — уж очень некстати на бывшего представителя военного ведомства напала икота. А вот то, что уже он в свою очередь вспоминал про Митрофана Ивановича тихим незлобивым словом, на последнем никак не сказалось — новый председатель приемной комиссии был слишком увлечен наблюдением. Не за дамами (понаблюдаешь тут, когда супруга под боком бдит, почище иной львицы) — за самим виновником торжества.