Александра
Не знаю чьей волей, но явно ко мне недоброжелательной, я оказалась в далёком прошлом своего народа. 16 век, страшная и кровавая эпоха. Мои предки русичи противостоят Крымскому ханству, Речи Посполитой и Ливонскому ордену. Жизнь человеческая не стоит и ломаного гроша. Женщина бесправна и безмолвна. Её удел рожать детей и ублажать мужчину. И тут я, вся такая современная девушка, эмансипированная. И стать мне чьей-нибудь наложницей и рабыней, но… Вот именно НО. Это но мешает. Я не белоручка, я внучка военного, дочь военного и вдова офицера. Я всю жизнь провела среди военных. Я знаю с какой стороны браться за оружие. И я никогда, и ни кому не позволяла обижать меня. Я всегда даю сдачи. Я дочь своих предков и я боец, даже если целый мир против меня.
Терновый венец, столб, к которому привязывали Христа при его бичевании, тридцать серебряников Иуды, гвозди, которыми прибивали Иисуса к кресту, игральные кости, которыми римские солдаты разыграли одежду Христа. Святой Грааль, чашу, в которую собрали кровь Христа. И ещё некоторые вещи, которые напрямую относятся к мучениям и смерти Спасителя. Так, в моё время существует несколько копий, которые претендуют на Копье Лонгина, римского легионера, подарившего Иисусу милосердие, проткнувшего его копьём между рёбер и остановив сердце, тем самым избавив Христа от мучений. Первое копье храниться в Ватикане.
— Дочка, почему ты так странно смотрела на этот кусок копья? — Спросил Евсей. — Что в нём такого?
— Скажи, дядюшка, что тебе известно об Орудиях Страстей?
Он смотрел на меня недоумённо.
— Ты имеешь в виду крест, на котором распяли Спасителя?
— Всё верно. И крест тоже. Но крест только лишь одно из Орудий Страстей. А их там добрый десяток.
— Царевна, это не у меня надо спрашивать. Я в этом не силён. Это вон, у попа надо спросить.
Я взяла в руки наконечник. Он был из простого, сыродувного железа. Всё верно, римская армия была вооружена мечами и копьями, сделанными из сырого железа. А не из стали. Глядя на наконечник, стала говорить.
















