Александра

Ничего этот твой Баруни не трансформировал. Враньё. Даже не забивай себе голову. Запомни, Маркус ла Монт, чтобы обратить свинец в золото, нужно изменить атомную решётку свинца. Изменить на атомную решётку золота, а это невозможно. Понятно?

Маркус вытаращился на меня, как таракан, которого нахлобучили тапком.

— Какую решётку? — Наконец, выдохнул он.

— Атомную. Первокирпичики, Маркус.

— Что, первокирпичики? — Маркус не понимал.

— О которых говорили философы древней Греции, помнишь? Кстати, они говорили и об атомах. Или ты не знал этого? Плохо ты знаешь об учёных древности.

— А как её изменить?

— Никак. Поэтому нечего забивать себе голову этой ерундой. Лучше займись другими, более полезными вещами.

— Какими?

— Например, моя сестра сумела изготовить взрывчатое вещество, которые гораздо мощнее чёрного пороха. Это динамит. Так она его назвала. Этим динамитом, кстати, я взорвала казарму гарнизона замка.

— Взрывчатое вещество мощнее чёрного пороха?

— Да.

— Как интересно.

— Конечно, интересно. Гораздо интереснее, чем превращать свинец в золото, Маркус. Так что давай, шевели поршнями. Где у тебя тара в которой ты это всё перевозишь?

— Здесь, в пристрое.

— Давай тащи сюда, начнёшь всё аккуратно складывать, чтобы ничего не разбилось. И ещё, Маркус, не огорчай меня, а то я очень раздражена и злая. Если всё сделаешь правильно и не разочаруешь в будущем, то жить будешь богато, заниматься любимым делом и никто тебя не будет преследовать. Будешь одет, как подобает настоящему виконту, а не бродяжке из городских отбросов. Это я тебе обещаю. Понятно?

— Понятно, принцесса.

— Начинай. Скоро я вернусь, проверю твою готовность. Богдан, пошли.

Когда вышли из дома Маркуса, сказала:

— Найди Божена и Степана или Илью. Отправь сюда, помочь Маркусу. Всё складывать аккуратно. Не дай бог, хоть одна склянка разобьётся. Понял?

— Понял, царевна. — Богдан убежал.

Уже достаточно рассвело. Ратники суетились на всех четырёх башнях. Подошла к дядьке.

— Евсей, пушки с лафетов сняли?

— Да. Сейчас спускать будут на верёвках.

— Главное, чтобы не уронили.

— Я прослежу.

Так же во дворе стояло несколько повозок. На них грузили какие-то тюки. Я подошла, поинтересовалась.

— Ткань. Хорошая ткань.

— Значит так, грузим тканью только одну повозку. Берите самую дорогую ткань. Остальное бросьте. Нам много чего ещё грузить, а повозок недостаточно.

Вернулась к дядьке Евсею. В этот момент стали спускать пушку с северо-восточной стены. Мы стояли и молча наблюдали. Медленно, но пушка, обвитая верёвками, спускалась всё ниже и ниже. Вот её перехватили у земли. Аккуратно опустили. Отвязали. Я облегчённо выдохнула. Подошла к пушке. Цельнолитая. Причём довольно новая. Это хорошо.