Александра

И пополнение саботировали. Армия Ганнибала таяла, а армия Рима росла. Вот и всё, боярин! В конце концов, Ганнибал проиграл Риму. Римляне его особо ненавидели. Преследовали до упора. Карфаген оставил Ганнибала без защиты. И он кинулся на меч, главное не попасть врагам в руки живым.

— Настоящий воин! — Сказал Иван. Встал и прошёлся вокруг. — Вот твари. Как можно своего воеводу убивать?

— Можно, Ваня. Правда, Карфаген дорого заплатил за предательство. В конце концов, Рим нарушив соглашение о мире, осадил Карфаген. Три года они сопротивлялись. Женщины Карфагена остригли свои волосы, чтобы дать баллистам и прочим машинам материал для натяжения.

Но в итоге, римляне всё равно взяли Карфаген. Всю гордую аристократию, которая предала Ганнибала они убили или продали в рабство. Всё население Карфагена было обращено в рабство. Сам город разрушен до основания и по главной площади римляне провели пахоту плугом, означая, что всё, городу конец. Посыпали даже солью землю, чтобы она не родила больше ничего. Это была цена предательства высшей аристократией. Тоже самое произошло и с моей семьёй, которую предали самые, казалось бы близкие люди, Ванечка.

— Александра, я тебя никогда не предам. Веришь мне? — Он, стоя коленнопреклонно, давал мне клятву верности. Я, глядя на него, вытащила из ножен шашку. Положила её на правое плечо Ивана.

— Готов ли ты, Иван Вяземский, боярин московский, стать моим верным рыцарем?

Ян, раскрыв рот, смотрел на это священнодействие. Получить рыцарство из рук принцессы!!!

— Готов, моя царевна.

Стоя над коленопреклонным мужчиной, подумала, имею ли я право на это? А потом решила, что имею. Я принцесса! Я царевна! Пусть это знают все.

Ставки в игре повышаются.

— Повторяй за мной, мой воин. Я, Иван Вяземский, боярин московский, православный в вере своей, клянусь, быть твёрдым в клятве своей. Быть преданным рыцарем своей госпоже, богом данной. Жить одним ударом сердца с ней. Не предавать и умереть если она потребует.

Держала шашку на его правом плече, потом переложила её на левое плечо.

— И если я предам её, пусть господь покарает меня, и всю мою семью до седьмого колена наказывать будет, предавая их забвению и бесплодию. И я клянусь быть твоим палатином.

Святым воином, особо приблежённым к римской династии. К династии Великого Константина. — Это я уже сама сочиняла. Да какая разница, чем больше понтов, тем круче. Пусть меня опровергнут!

Наверное, это было очень жёстко, особенно насчёт бесплодия. Но тогда люди верили в клятвы и проклятия. А мне было надо. Да я такая бессовестная и циничная. Что поделать, жизнь такая. Мне ещё Леночку нужно сохранить."

"Когда он закончил говорить: «Во имя отца и сына и святого духа», сказала ему встать с колен.