Александрийское звено

А уж в этом она без посторонней помощи точно не обойдется! Сейбр знал: как только Херманна не станет, она избавится от него в мгновение ока, но если он сумеет постоянно опережать ее, находиться хотя бы на несколько шагов впереди, победа может остаться за ним. Он хотел получить билет первого класса на самую вершину, стать полноправным членом ордена. Если потерянная Александрийская библиотека действительно содержит то, о чем говорил ему Альфред Херманн, то ее ценность может оказаться выше, чем у любых сокровищ.

Зазвонил сотовый телефон. На дисплее высветился номер его агента.

Самое время! Он нажал на кнопку принятия вызова.

— Малоун снялся с места, — сказала женщина. — Слишком рано, черт побери! Что я должна делать?

— Куда он направился?

— Доехал на автобусе до вокзала Паддингтон, а там сел на поезд, идущий на восток.

— Поезд случайно не проходит мимо Оксфордшира?

— Прямо через него.

— Ты нашла дополнительных людей, как я просил?

— Они уже здесь.

— Ждите меня на вокзале. Я еду.

Он захлопнул крышку телефона. Пора переходить к следующему этапу.

Стефани выплеснула стакан воды в лицо Брента Грина.

Предварительно они втащили его на кухню и примотали к стулу широкой липкой лентой, которую Кассиопея нашла в шкафу. Генеральный прокурор вышел из беспамятства и помотал головой, чтобы стряхнуть с лица капли воды.

— Хорошо спалось? — осведомилась Стефани.

Грин находился в состоянии грогги, и она помогла ему окончательно очнуться с помощью еще одного стакана воды.

— Хватит! — сказал Грин, широко открыв глаза. Его халат промок насквозь. — Надеюсь, у тебя имеются достаточно веские основания для того, чтобы нарушить сразу столько федеральных законов!"

"Слова текли из него со скоростью патоки, их тон напоминал речь распорядителя похорон.

Впрочем, это было обычно для Брента Грина. Никто никогда не слышал, чтобы он говорил быстро или громко.

— Это ты ответь на мой вопрос, Брент: на кого ты работаешь?

Грин поглядел на клейкую ленту, которой были обмотаны его запястья и колени.

— А мне казалось, что отношения между нами становятся все лучше и лучше.

— Так и было до тех пор, пока ты не предал меня.

— Стефани, мне давным-давно говорили, что ты пушка, сорвавшаяся с лафета, человек, от которого можно ожидать чего угодно, но именно эта черта всегда привлекала меня в тебе.

Теперь я начинаю понимать, что у нее есть и оборотная, весьма неприятная сторона.

Она подошла ближе.

— Раньше я не доверяла тебе, но ты дал отпор Дейли и я подумала, что, возможно, — только возможно! — я ошибалась.

— Ты хоть понимаешь, что будет, если моя охрана вдруг решит поинтересоваться тем, как у меня дела, и нагрянет сюда? Что, кстати, происходит каждый вечер.

— Хорошая попытка, только никакой охраны у тебя нет.