Александрийское звено

Он наверняка знает не больше того, что успел рассказать ему Джордж Хаддад, а это, как следовало из прослушанной Сейбром пленки, не слишком много. Возможно, кое-какие пробелы Малоун сумел заполнить с помощью того, что утащил в ранце из квартиры палестинца, но все равно Сейбр был готов поклясться в этом — главные вопросы остались без ответов.

Впрочем, та же самая проблема стояла и перед ним."

"Сейбру приходилось делать над собой усилие каждый раз, когда нужно было общаться с другими людьми. Он привык к уединенности собственных мыслей, а в компании оказывался редко, преимущественно со случайными женщинами, от которых ему был нужен только секс.

В большинстве случаев — за деньги. Они были профессионалками, как и он сам, только не по той части, выполнявшими работу за плату; они говорили ему по ночам то, что он хотел слышать, и уходили рано утром. Жесткие условия постоянной физической опасности и умственного напряжения, в которых он существовал, не подстегивали, а, наоборот, подавляли сексуальное влечение, иссушали мозг. Иногда он спал со своими помощницами, однако, как произошло с Брит, которую он застрелил два часа назад, это могло иметь неприятные побочные эффекты. Он не знал романтических отношений и дорого ценил свое одиночество.

Сейбру уже приходилось превращаться в артиста, когда нужно было заручиться доверием нужных людей. Слова, манера поведения, походка, жесты, важный тон — все это он перенял у одного из многочисленных любовников своей матери, полицейского из Чикаго, где они жили, когда ему было двенадцать. Сейбр помнил, как тот пытался произвести впечатление на мать своей надменной самоуверенностью, как водил их на игру знаменитой бейсбольной команды «Уайт сокс» и возил на озеро.

Позже он понял, что коп, как и остальные мужчины его матери, добивался только одного — провести несколько ночей в ее кровати. После того как цель была достигнута, от трогательного внимания не оставалось и следа. Он возненавидел всех этих похотливых скунсов. Когда он хоронил мать, ни одного из них не оказалось рядом. Она умерла одинокой и сломленной.

Он не хотел, чтобы его постигла такая же судьба.

Сейбр встал и направился к стойке шведского стола.

Ему, как и Малоуну, нравился «Савой»: его номера, обставленные дорогой антикварной мебелью, типичные для Старого Света лакеи, обслуживающие постояльцев, — вся та роскошь, которой привычно наслаждался Альфред Херманн и остальные члены ордена Золотого Руна.

Сейбр тоже хотел пользоваться всем этим, но на своих, а не на их условиях. Однако, чтобы получить все это, ему был необходим Коттон Малоун. Вот почему сейчас Сейбр размышлял над тем, что может находиться в кожаном ранце, который забрал из квартиры Хаддада Малоун.