Альфа-псих

Я даже подумывала купить Макару какой-нибудь подарок, но так и не определилась, что дарить. У него есть все.

Несмотря на то, что я прекрасно знаю, как Бес относится к предательству, и что под это определение вполне может попасть и мой уход, я надеялась, что он позвонит, найдет меня.

Поэтому заселилась в гостиницу по своему паспорту и чахла над телефоном. Но когда на часах было уже одиннадцать, поняла, что он не будет меня искать.

В отчаянии хотелось рвать на себе волосы, выдирать их клочьями из дурной головы, и я додумалась в этот поздний час позвонить Вике.

— Что ты сделала? — не разобрав моих слов сквозь рыдания, переспросила Вика.

— Ушла! Собрала только то, с чем пришла, и все! Сказала ему, что он… ко мне относится как к вещи. А он не ответил ничего, просто смотрел и молчал! Я сказала, что так больше не могу, — жаловалась я на бессердечного Макара.

— А от меня ты чего хочешь? — похолодел голос Вики.

Меня как ледяной водой окатило. Я ведь ее брата бросила, получается! И звоню ей, чтобы на него пожаловаться. Идиотка.

— Ничего… извини, — шмыгая носом, сбивчиво торопилась я закончить разговор.

В трубке послышался тяжелый вздох, шорох, будто Вика выбирается из постели, и я решила сказать ей, пока она не послала меня куда подальше:

— Я его так сильно люблю! Я не смогу без него, понимаешь?

— Что тебе ответить? Никто не знает, что теперь решит Макар, и никто не сможет повлиять на него, даже папа.

— Что же мне теперь делать? Я боюсь ему звонить. Боюсь, что он не ответит, и тогда я точно умру!

— Не делай ничего того, что ему может не понравиться, если хочешь оставить шанс помириться с ним. Больше ничем помочь не могу, извини, — ограничивается Вика одним советом и, попрощавшись, кладет трубку.

И почему до меня только сейчас доходит все то, что твердили мне сестры Макара? Да и сама я ведь не тупая и не слепая! Я же отчетливо понимала, что Бес изменил своей привычке спать одному, что, приходя домой, он первым делом вжимал меня в себя, так что не было сомнений в том, что он скучал. Что сотню раз мне говорили, что я первая девушка в жизни Макара и для него впустить в свою жизнь меня уже было большим шагом.

Теперь остается лишь лелеять эти воспоминания, листая наши селфи и фотки, которые я делала украдкой. Каждую минуту с ним рядом, каждый фильм, что мы не досмотрели ни разу до конца. Смотреть на его улыбку и теплый взгляд опушенных длинными ресницами глаз. До судорожных рыданий вспоминать, как было тепло и уютно в каменных объятиях сильных рук. Его запах, его кожу, насмешливый взгляд и улыбку. Жаркие ночи, которых оказалось слишком мало.