Альфа для строптивой

Это приравнивается к вызову. Он должен быть благодарен, что отделается увольнением и телесными наказаниями, - мне показалось, что я ослышалась.

- Чем отделается? - переспросила и глупо захлопала ресничками.

- Телесными наказаниями. Я могу представить твою реакцию, но ты должна знать об этом, потому что будешь присутствовать. Малейшая провинность наказывается. А выказывать мне и тебе неуважение подобно вынесению смертельного приговора.

- Демьян, это ведь я протянула руку. Я вынудила его ответить. Следовательно, я виновата.

- Согласен, - невозмутимо кивнул Лукрецкий, а я взвилась.

- То есть меня ты тоже накажешь? - повысила голос. - Изобьешь? Чем вы там пользуетесь? Плетью? Батогами?"

"- Не кричи, Влада, - поморщился оборотень. - Я тебя прекрасно слышу. Тебя никто пальцем не тронет, чтобы ты не натворила. Если хочешь считать себя виноватой, считай, я не спорю. Но ты не знала, а он знал.

- И за это его надо наказывать? Ты только что сам сказал, что за неуважение к тебе или ко мне наказывают. Если бы он не подал мне руку, выказал неуважение, и было бы то же самое.

- Нет. Он мог извиниться, объяснить, и инцидент был бы исчерпан.

Между прочим, я итак обошелся с ним довольно мягко. Но я, вообще, не сторонник казней. Нас не слишком много,

- замолчала. Обсуждать дальше что-либо было бессмысленно. Мне не понять особенности мира оборотней. Но, похоже, придется изучить и принять эти правила, чтобы больше не чувствовать себя виноватой. Правда, дальше строить отношения с Лукрецкий прыти поубавилось, чему я была несказанно рада.

- Отвези меня в отель, пожалуйста, - буркнула, когда оборотень перестроился в правый ряд и включил поворотник. Он собирался везти меня куда-то в противоположную от отеля сторону.

- Почему?

- Я устала и хочу отдохнуть.

- Позволишь остаться с тобой? - спокойно поинтересовался он. Слишком спокойно.

- Угу, - за Лукрецким было интересно наблюдать. Рука, лежащая на руле, мгновенно стала менее напряженной. Меня поразило, что оборотень опять спросил разрешения, а не поставил перед фактом, как сделал до этого, выбрав дорогу. Определенно, Лукрецкий не столь безнадежен.

- Тебя расстраивают физические наказания?

- Естественно, меня это расстраивает, - фыркнула. - Мы живем в цивилизованном мире, а у вас творится явное Средневековье.

Ты даже не представляешь, как это звучит для нормального человека. Демьян, ведь до встречи с тобой я считала себя нормальной! А сейчас... сейчас не знаю, что обо всем этом думать. Слишком спокойно воспринимаю большинство вещей, от которых несколько дней назад волосы на голове зашевелились бы, и я явно старалась держаться подальше.

- Постепенно ты привыкнешь, - пообещал он.

- Это-то меня и пугает, - делать переоценку ценностей, когда у тебя полностью сформировано мировоззрение, ох, как непросто.