Альфа для строптивой

- Доброе утро! - буркнула, проходя мимо расположившегося на диване в гостиной Павла.

- Доброе утро, Владлена Юрьевна! - поздоровался охранник. Непонятно было, отдыхал мужчина или нет. Впрочем, меня это абсолютно не заботило. А вот его присутствие в номере стало еще одним импульсом, подтолкнувшим начать совместную жизнь с Лукрецким.

Мне хватило времени только принять душ и высушить волосы. Когда возвращалась в спальню, чтобы одеться, на диване вместо Павла увидела Демьяна. Застыла, словно, вкопанная.

- Долго будешь там стоять? - произнес мужчина, даже не повернув головы в мою сторону, тем самым вырывая меня из оцепенения.

В несколько шагов преодолев расстояния от двери ванной комнаты до дивана, опустилась на кресло. Лукрецкий выглядел... не сказать, что плохо... Выглядел он хорошо, свежим и отдохнувшим, но что-то в нем неуловимо изменилось за прошедшую ночь.

- Ты быстро, - произнесла, потому что должна была что-то сказать. Так глупо. Снова весь мой воинственный настрой испарился при одном лишь взгляде на оборотня.

- Ночевал в городе.

Между нами снова воцарилась тишина. Я разглядывала этого мужчину и пыталась понять, что происходит с ним и со мной.

с нами. Мы шли куда-то не туда.

- Заказать завтрак в номер или хочешь спуститься в ресторан?

- В номер. Впрочем, я не есть хочу, хочу поговорить.

- Попробуй, - усмехнулся оборотень. Правый уголок рта чуть приподнялся. Но это не было похоже на прежнего Лукрецкого. Альфа казался каким-то отстраненным.

- Я подумала о том, что ты мне вчера сказал.

- И?

- Не хочу воевать с тобой, Ян.

- Хорошо, - похоже, Лукрецкий не собирался помогать мне.

- Я собрала вещи и готова переехать.

- Куда? - лицо оборотня стало заинтересованным, но всего на один миг.

Если бы я так пристально не разглядывала Демьяна, не заметила перемены.

- К тебе. или куда ты сочтешь нужным меня поселить, - внезапно Лукрецкий подорвался с дивана и навис надо мной, продемонстрировав нечеловеческую скорость. Я толком фразу закончить не успела.

- Условия? - прорычал он. Все показное равнодушие вмиг слетело с мужчины. Опираясь на подлокотники кресла, оборотень нагнулся настолько низко, что я могла ощущать его теплое дыхание на своем лице.

Мне захотелось вжаться в спинку кресла, чтобы увеличить расстояние между нами.

Впрочем, так и поступила в первый момент, после чего коснулась губами его губ и невнятно произнесла:

- Без условий.

Стало больно, когда его губы накрыли мои. Лукрецкий терзал мой рот с какой-то неуемной активностью, словно, наказывал за вынужденное воздержание или еще за что-то. Словно, не мог себя контролировать. Правда, в последнее мне не верилось. Он целовал, но больше ничего не делал. Даже руками не касался. Захотел бы взять, давно разложил на соседнем диване.