Алиби для землеройки

– Некоторые люди со временем не меняются. Римма пообещала мужчине, что я им бесплатно займусь, потому что Смирнова – моя лучшая подруга. Ну не дрянь ли? Уж не молодая была, пора было бы и о Боге подумать. Но мадам эта молилась только кошельку! Сейчас расскажу вам еще одну интересную историю. Не люблю сплетничать, но это правда…

Глава двадцать четвертая"

"– Евгения Ивановна Кострова, – начала докладывать я, – совершила много лет назад побег, когда ее везли в отделение милиции для допроса. Девушке предстоял неприятный разговор, скорее всего, ее бы арестовали. Что она натворила? Кострова окончила медвуз, получила специальность акушера. Устроилась в город Хвалынов – тогда это было захолустье Московской области, – в родильное отделение больницы. Там скончалась роженица Ирисова Наталья Николаевна. Мужа покойной звали Илья Сергеевич, ему тогда было двадцать лет, Наталья Николаевна была на год старше. Пара молодая, из простых, небогатых семей, их родители были обычными людьми. Но Илья оказался не промах. После кончины жены он отправился к высокому начальнику в Москве, сумел попасть на прием. Сверху велели на месте разобраться. Выяснилось, что роды принимала Евгения Кострова, которая совершила грубейшую ошибку – не выяснила, есть ли у молодой женщины аллергия на какие-нибудь препараты. Ирисова умерла, но ребенок выжил, его забрал муж. Евгению задержали, повезли на допрос в отделение. Ей по дороге стало так плохо, что пришлось девушку госпитализировать. Как дальше развивались события, неизвестно. Куда она подевалась? Никаких подробностей. Но вот интересный факт: в роддом Михинска устроилась работать медсестрой Лидия Николаевна Саркисова, молодая женщина. Римма принялась ее обижать. Лида некоторое время терпела, а потом громко при всех назвала ее другим именем. Хотите услышать интересную историю?.. В одном богом забытом роддоме работала Евгения Кострова – злая, жестокая и к тому же плохой врач-акушер. Из-за нее погибла Наталья Ирисова. Евгения не удосужилась спросить у женщины про аллергию, Наталье Николаевне ввели лекарство, и будущая мать умерла. Ее можно было спасти, но Кострова ушла из родовой, оставив женщину. Когда стали разбираться в происшествии, Евгения поклялась, что задавала вопрос про аллергию, а Наталья ответила, что до сих пор ею не страдала – вот будущей матери и ввели простой обезболивающий препарат. Но Евгения соврала, она ничего не спрашивала у Натальи Николаевны. Это подтвердила и медсестра, которая помогала Наталье лечь на родильный стол. Более того, девушка поинтересовалась у Евгении: «Про аллергию у Ирисовой спрашивали?» «Не лезь не в свое дело! – рявкнула Кострова. – Я врач, а ты кто?.. Вот и стой молча».

Я замолчала.

– Ну и ну, – покачал головой Степан.