Алиби для бультерьера

Это была энергичная особа пенсионного возраста с коротко стриженными обесцвеченными волосами, в полосатом свитере домашней вязки, обтягивающем пышные формы, и в круглых очках, съехавших на кончик носа."

"Она жила полной и разносторонней жизнью, подобно Юлию Цезарю, делая одновременно четыре важных и увлекательных дела: перед включенным на полную громкость телевизором читала «желтую» бульварную газету, прихлебывала из большой фаянсовой кружки фруктовый чай и разговаривала по телефону. На столе перед ней, кроме стопки газет и журналов, лежали несколько детективов в ярких обложках и пакет с дешевыми конфетами.

По телевизору шла передача про торговлю живым товаром.

— Прошу прощения! — вежливо обратился Леня к столь занятой особе и постучал по стеклу согнутым пальцем. Та даже не повернулась в его сторону.

— Пардон, мадам! — повторил Леня значительно громче и снова постучал в стекло.

На этот раз его заметили, реакция консьержки была даже слишком бурной. Она всем корпусом повернулась к посетителю, отвесила челюсть и округлила глаза. Однако чай не расплескала и кружку поставила на стол вполне аккуратно.

— Ой! — вскрикнула она неожиданно высоким голосом. — Как вы меня напугали!

— Прошу прощения, это не входило в мои планы! — ответил Леня, послав ей точно такую же обворожительную улыбку, как таксе минуту назад.

— Вы ваще кто? — От испуга консьержка мгновенно перешла к подозрительности. — Вы как сюда вошли? Я вам конкретно дверь не открывала!

— Пресса проникнет куда угодно! — отозвался Маркиз, продемонстрировав бдительной особе подходящее к случаю служебное удостоверение. — Собственный корреспондент еженедельной газеты «Ужасы и кошмары».

Название он прочел на той газете, которую перед его появлением читала консьержка.

— Да что вы говорите?

От подозрительности женщины не осталось и следа. Теперь ее лицо выражало живейший интерес. Должно быть, она вообще отличалась быстрыми сменами настроения.

— Это моя любимая газета! — сообщила она Лене и кокетливо поправила бесцветные волосы. Тут же у нее снова произошла смена настроения, и в глазах опять загорелась подозрительность. — А вы конкретно к кому? Конкретно с какой целью? Конкретно в какую квартиру?

— А я конкретно к вам! — сообщил ей Леня, продолжая лучезарно улыбаться.

— Да что вы? — Взгляд консьержки опять потеплел, и она придвинулась к стеклу. — А по какому конкретно вопросу?

— По вопросу убийства, — проговорил Леня, таинственно понизив голос. — Конкретно — по вопросу убийства Маргариты Михайловны Окунь. Если вы владеете достоверной информацией, я запишу с вами интервью. Для первой полосы.

— И с фотографией? — Женщина плотоядно облизнулась.