Алиби для бультерьера

 — За что нам все это богатство?

— Из благодарности, — скромно ответил Леня, — ибо здесь, в вашем музее, я впервые узнал замечательного русского писателя Панаева, узнал, какой это был человек и гражданин. Как это писал его лучший друг поэт Некрасов…

— «Поэтом можешь ты не быть…» — со слезами на глазах проговорила Анна Семеновна.

— «Но гражданином быть обязан!» — подхватил Леня, радуясь, что у него такая хорошая память, и продолжил: — Кто я раньше был? Простой человек! Ну знал, конечно, Пушкина — «Буря мглою небо кроет…» или там Чуковского — «Ехали медведи на велосипеде», да слышал краем уха, что Анна Каренина от несчастной любви бросилась под курьерский поезд. А вы раскрыли мне глаза. Я понял, как далек я был от совершенства и как много потерял в жизни, что не читал произведений выдающегося писателя Ивана Ивановича Панаева.

Тут Леня остановился перевести дух и подумал, куда его несет. Ну не хочет тетка брать канцтовары, так и черт с ней! Было бы предложено!

— Я всегда верила, что искусство непременно найдет путь к сердцу простого человека! — с пафосом сказала Анна Семеновна. — Что вы! Даже тот ужасный мужчина, который приходил к нам вместе с дамой в леопардовой шубке…

— Что же он сделал? — заинтересовался Леня.

— Наш музей произвел на него такое сильное впечатление, что он пришел к нам во второй раз!

— Сегодня? — оживился Леня.

— Утром. Я было сперва решила, что он опять будет встречаться с той же леопардовой дамой, и даже хотела сделать ему предупреждение, что тут литературный музей, а не дом свиданий, но он был один. Пробыл, правда, недолго.

«Еще бы он с дамой, когда ее давно прикончили», — подумал Леня, рассеянно попрощался с экскурсоводшей и ушел.

Всю дорогу домой он думал, для чего приходил в музей снова тот мужчина и вообще кто он такой. И не он ли убил жену Окуня? Или все же ее прикончил любовник, а сам пустился в бега? Хотя если бы он ее убил, то сделал бы это раньше, в офисе, и тот рыжий тоже мог успеть раньше. А вот муж… Допустим, Маргарита взяла что-то из офиса, потом в музее Панаева передала это рыжему. Но муж-то ведь мог не знать, что у нее этого нет, стал требовать, пытать… Или не муж, а кто-то другой. Но для чего тогда муж обеспечивал себе алиби? И при чем тут большой конверт с документами?

Леня решил, что настала пора познакомиться поближе с Василием Романовичем Окунем. Но для этой цели ему непременно нужен был Анатолий Зевако.

В ту ночь Сергей пришел в себя от холода.

Холод был резкий, обжигающий, мучительный.

Сергей замотал головой, вскрикнул, попытался понять, где он находится.

Он был в машине, но эта машина не ехала по улице, не стояла в гараже или на обочине дороги, а медленно плыла. Точнее, погружалась в темную, непрозрачную воду.