Алихан. Рабыня демона

Он наказал свою рабыню, поэтому какой смысл ему еще смотреть на нее?

Парс поднимает меня, и тащит к другим рабам точно мешок картошки, так как я едва ли ноги волочу после этой ужасной пытки. Боль в спине такая сильная, что я плачу безостановочно еще целый час. Моя разодранная накидка вся промокла в крови, которая кажется, не остановится уже никогда.

Я не могу увидеть, что у меня со спиной, но думаю, там не осталось ни единого сантиметра живой кожи. Он разодрал ее всю. До остатка изрезал, но я ни о чем не жалею. Я лучше сдохну, но не признаю себя собственностью этого нелюдя. Ему не добиться этого. Ни за что в жизни.

Как только среди рабов оказываюсь, ищу хоть малейшее сожаление в их глазах, но его нет. Напротив, рабы недовольно смотрят на меня, похрустывая своими кандалами.

Я отползаю от них подальше, тут же на землю сваливаясь. Не могу лежать на спине, поэтому лишь на бок поворачиваюсь, стараясь не задеть свои раны.

– Парс, почему они так смотрят на меня?

– Рабы злятся за тебя. Ты унизила их.

– Я? Господи, чем?

– Ты посмела сбежать от Господина, и при этом избежать наказания.

Не верю в то, что слышу. Как это вообще возможно.

– Как они могут так считать? Разве не меня только что били кнутом до потери сознания, разве это не было наказанием?

Кривая улыбка воцаряется на лице Парса, словно сейчас я сказала что-то нелепое.

– Конечно нет, шариха. Это детский лепет был, а не настоящее наказание рабыни в Хамадане за побег. Ты посмела ослушаться своего Господина, а потом еще и сбежать. Сам удивляюсь, как ты еще дышишь.

– Я не понимаю. А какое наказание следует за побег рабам?

– Смерть. Всегда. В жутких муках. Вот только я не знаю, почему Алихан оставил тебя в живых. И они тоже не знают. И ненавидят тебя за это, так что смотри, крепко не засыпай. Теперь все рабы мечтают, чтобы ты подохла поскорее, и не нарушала больше строгие законы Тегерана, в которых никогда нет отступлений."

"Я прихожу в шок от услышанного, но боль в спине такая сильная, что мне уже откровенно плевать на то, кто и что думает. Все что я могу сейчас – просто лежать на сырой земле чувствуя, как из моих ран все еще продолжает сочиться кровь.

Малейшее движение при этом приносит просто адскую боль, поэтому я стараюсь даже не дышать лишний раз.

Сквозь жуткое жжение в спине и застилающие глаза слезы вижу лишь, как Парс наклоняется и захлопывает новые кандалы на моих ногах. На этот раз они совсем без ржавчины, и туго соприкасаются с кожей, лишая даже малейшего шанса на побег.

Когда этот белобрысый слуга уходит, я остаюсь совсем одна среди всех этих зверей. Истерзанная, униженная и напуганная, однако все это ничто по сравнению с ненавистью, которую я теперь испытываю к своему палачу.

Алихан. Демон Хамадана, полководец армии Тегерана.