Алёнка из Синего леса

– Вы слышали, что именно он произнёс?– травница не скрывала интереса.

– Нет. – Я не попугай и не пластинка, чтобы повторять всё по несколько раз. Тем более сейчас. Из принципа не видела в этом смысла.

– Я так и думала. Поразительная невнимательность, – разочарованно выдала магистр.

Ошарашенные девочки смотрели на меня и на магистра, а я думала лишь о том, чтобы не разозлиться. А лучше придумать, как отомщу этой грымзе. Интересно, что на этот раз не так? Некоторые чтобы отвлечься перебирают чётки, кто-то начинает вязать. У меня ничего не было, за исключением браслета… Его я и потёрла, вспомнив о муже. Самое то, чтобы глаза не зазеленели."

"– Интересно в вашем мире тоже принято приставать к учителям? – с ядовитой улыбочкой поинтересовалась Цветикус.

– А в вашем возрасте завидовать вредно, – ответила я, уже зная, что молчать точно не буду. Наверняка кикимора увидела нас с Никитой и заревновала. Вот упёртая, пристала к моему мужу. А ещё и вредничает.

Оглушительная тишина не продлилась более нескольких секунд. По всей видимости, ещё никто и никогда не позволял себе такого. Я смотрела в глаза магистра и видела в них разгорающуюся злость. Понимаю, это неприятно, когда тебе, всесильной попытались возразить и ткнуть в очевидное. И кто? Девчонка!

Полоска красных губ женщины стала ещё уже, а пальцы побелели. Спускать такое какой-то адептке магистр была не намерена.

Неожиданно я заметила что-то такое, напоминающую тонкую плёнку, что отделяла нас от остальной группы. Вздрогнула, когда откуда-то с потолка раздался знакомый голос:

– Магистр Цветикус, как член попечительского совета я напоминаю о недопустимости подобного поведения относительно адептов. А что касается конкретно этой девушки, то я лично буду контролировать любые нарушения и малейшие оскорбления в её адрес. Предупреждаю о вынесении пока ещё устного выговора. Надеюсь, мне не нужно объяснять, чем вам это грозит?

Не видела Никиты, но один только его голос успокоил и вселил надежду, что не сорвусь и не нагрублю в ответ на хамство и попытку унизить.

– Не слышу ответа. – Жёсткий голос мужа напугал травницу. Но в отличие от побелевшей Люсинды я не боялась. Она перестала вертеть головой и посмотрела на меня не только с неприязнью, но и с долей ужаса. Подозреваю, Орловы слов на ветер не бросали. И я не хотела знать, что там за чертой, помимо увольнения.

– Я всё поняла, князь Никита Олегович. Больше этого не повторится.

И я надеюсь, что подобной гадости в свой адрес больше не услышу.

– Адептка Найдёнова, сядьте на своё место. Надеюсь, мы друг друга поняли, – произнесла Цветикус, не повышая голоса.

– Более чем, – в тон ей отозвалась я. И прежде чем сделала хоть шаг в сторону плёнки и девочек, над ухом прозвучало:

– Алёна, не бойся, я сумею тебя защитить.