Аллигат. Исход

 То есть, доктор зашивает только шов на животе, оставляя матку… эмм… рассечённой? Это самостоятельный орган и он оставляет его незашитым, обрекая несчастную роженицу на смерть, полагая, что стенки матки срастутся самостоятельно? — бросило Ольгу в жар. — Естественно, она кровоточит!

— Я не хирург, — ответил Кадди. — Но вы открыли мне глаза на одно крайне важное обстоятельство! Мне необходимо всё обдумать и срочно написать своему наставнику."

"— На только одно обстоятельство? — прищурилась Ольга, вспомнив свою первую встречу с доктором Пэйтоном и его грязные руки.

 — Могу добавить, что я ошарашена невежеством врачей не только в этом вопросе. К смерти рожениц и других пациентов приводит также антисанитария и отсутствие стерильных условий при проведении операций. Она станет успешной, если предотвратить попадание микробов в рану, обеззаразить инструмент, которым проводится операция. И после неё надо продолжать обрабатывать раны до полного их заживления, — выдохнула Ольга, отпивая холодного чаю и подвигая печенье с черносливом.

— Откуда вы всё это знаете? — уставился на неё Кадди шокировано.

 — Чем вы занимаетесь?

— Я вдова, как вам известно. Ещё иногда читаю научные статьи в журналах медицинского содержания.

— И вам интересна эта тема? — подался он к ней невольно.

— Не интересна, — поспешила разочаровать его Ольга, не желая продолжать разговор. — Одно время я хотела понять, могла ли избежать потери матки. Вот и читала на эту тему статьи. А у вас есть дети? Вы женаты? — спросила она, давая понять, что больше не намерена говорить о медицине.

Кадди понял и тяжело вздохнул.

— Сыну шесть лет и дочери четыре года. Жена умерла родами, — ответил он без тени грусти.

— Quel dommage. Рardonnez-moi… Как жаль. Простите меня, — дотянулась она рукой до его ладони, накрывая её. Вы молоды, красивы и… здоровы, — улыбнулась робко, заглядывая в его глаза. — Что может быть прекраснее?

— Всё в прошлом, — легонько пожал её тёплую ладонь. — Как называется поместье, в котором живёт мать вашей подруги? Вам далеко придётся ехать?

— От Лондона до поместья Фалметт минут сорок в экипаже. Или чуть больше, — сделала она поправку на зимние дороги.

— Долго вы собираетесь там пробыть?

— Не знаю.

Мать Шэйлы, вдовствующая маркиза Стакей, особа непредсказуемая. Учитывая состояние её дочери, она меня может не пустить к ней. Тогда я вернусь в Лондон и через некоторое время снова попытаюсь связаться с Шэйлой. Можно мне вернуться в ваш дом?

— Нужно, — похлопал её по ладони Кадди.

Ольга, в самом деле, не знала, чего ожидать от Веноны. При непростом характере леди Стакей, от неё можно было ожидать чего угодно. Но на пятнадцатиминутный визит всё же она рассчитывала.

— Merci.