Алмазная пыль

– Вот только дочек его нам тут и не хватало, – проворчал Самурай поднимаясь.

Стоявший рядом с ним Немой неожиданно насторожился и, легко тронув напарника за локоть, подбородком указал на кусты в паре десятков метров от развалин. Сообразив, что он хочет сказать, Самурай бесшумно скользнул в сторону, пытаясь обойти кусты по дуге.

В ту же минуту ему вслед прозвучало два негромких хлопка. Стреляли явно из пистолета. Уйдя кувырком вперёд с линии огня, Самурай остановил переворот ногами, оказавшись в положении на спине, и, моментально извернувшись на пятой точке, выпустил в сторону кустов короткую очередь.

Ответом ему послужил тихий вскрик. Одновременно с ним начал двигаться и Немой, перекатом ушедший в сторону от умершего старика. Услышав очередь Самурая, он тут же добавил туда же свои три патрона, и стрелок в кустах забился, словно пойманная рыба.

Страхуя друг друга по всем правилам, они подскочили к кустам с двух сторон, выцеливая неизвестного стрелка. Зрелище, открывшееся им, заставило Самурая опустить автомат и, удивлённо посмотрев на напарника, громко выругаться.

Зажимая простреленную ногу, в кустах сидела девчонка лет пятнадцати.

Рядом с ней, глядя на разведчиков круглыми от страха глазами, сидела ещё одна пигалица, года на три помладше. С первого взгляда было понятно, что это сёстры. Грязные, замурзанные, но с огромными голубыми глазами и пухлыми губками бантиком.

Даже многодневная грязь не могла скрыть их юного очарования. На бойцов они смотрели испуганно и обречённо, словно заранее зная, что теперь их точно убьют. Заметив лежащий в траве наган, Самурай подобрал этого ветерана войн и, подкинув его на ладони, мрачно спросил:

– Ну а ты зачем стреляла? Жить надоело?

– Вы папу убили, – плаксиво протянула младшая из сестёр, и из её огромных глаз градом потекли слёзы.

– Сам виноват. Думать надо было, когда палил в людей. Или вы решили, что вам стрелять можно, а другим нет? Ошибаетесь. Мне моя жизнь намного дороже десятка таких, как вы, – пожал плечами Самурай.

– Нужда заставила, – сквозь зубы прошипела старшая. – Нам охотиться не с чем стало. Патроны все вышли. Третий день голодаем. Отец потому и решил на разбой выйти. Из-за нас.

– Дурак старый.

Теперь и вас без помощи оставил, и сам погиб, – в сердцах выругался Самурай. – Лучше бы проводником к нам нанялся. И сам был бы жив, и мы бы по городу, как хризантемы в проруби, не болтались.

– Что вы с нами потом сделаете? – настороженно спросила старшая сестра, продолжая зажимать рану на бедре.

– Когда это потом? – удивился Самурай.

– После того, как изнасилуете, – со вздохом пояснила девочка.

– Размечталась, – фыркнул Самурай и, вынув из кармана моток верёвки, ловко перетянул ей ногу выше раны.