Алмазы Джека Потрошителя

– Милослава? Это ведь она? – Саломея придвигается еще ближе, прижимая бедро к бедру, локоть к локтю. Жар ее тела мешает думать. Нельзя было связываться с Саломеей Кейн.

– Она.

Овал лица. Густая челка до самых бровей. Длинный нос и дуги ресниц. Пухлые губы поджаты. Девушка выглядит злой.

– Погоди. Верни. Она убила?

– Скорее всего.

– Или несчастный случай. Гнался за ней. Поскользнулся. Упал. Свернул шею. Все логично.

– Но? – От звука ее голоса по коже бегут мурашки.

Сосредоточься, Далматов, пока твоя голова еще при тебе.

– Не знаю. Просто ощущение. Убийство… любое убийство… оно все меняет.

Илья кивает: это правда. Мир остается прежним, но все-таки немного иным. А потом это «немного» разрастается. И однажды ты понимаешь, что теперь – все другое.

Следующий файл. Список студентов четвертого курса, пребывавших на практике в селе Озерцы Гарочанского района.

Фамилии, фамилии… и нужная имеется.

Копия заявления из ЗАГСа.

Пулеметная очередь. Вой рисованного зверя. Хохот. Мат. Девчачьи визги. Подвальные игры виртуальных миров. Им далеко до реальных.

– Ты когда понял? – Шепот Саломеи теряется среди прочих звуков, и ей приходится наклоняться к самому уху.

И последний файл: экспертное заключение и сертификат, подтверждающий право собственности. Вот и все. Или почти все.

Не опоздать бы.

Глава 7

О любви и не только

Дорога. Напряженное молчание Милославы. Собственные мысли. Андрюшка лгал. Он всем лжет, но никто не обижается. И Лере не надо. Она ведь знала, что все – ложь, с самого начала. Но захотела поверить. И вот теперь получает, что заслужила.

– Уже скоро, милая. Потерпи. – Милослава оставляет машину у подъезда, открывает дверь и помогает Лере выйти. – Идем. Сейчас лифт вызовем…

Приезжает. Останавливается."

"Раскрываются двери. Внутри пахнет елью и мандаринами, как на Новый год, но еловые лапки напоминают – похороны скоро. К похоронам готовятся. Лера знает, сколько всего надо сделать, но Милослава почему-то не делает.

Наняла кого-то? Скорее уж Герман нанял.

– Пойдем, пойдем… – Милослава тянет в квартиру и помогает разуться. – Тебе отдохнуть надо.

Пусто как. В этом доме много места, но люди мешают друг другу.

– А где все?

– В морге, наверное, – небрежное пожатие плеч. – Иди, солнышко, полежи часик. Или, если не устала, помоги мне? Надо хоть бутербродов сделать. А послезавтра похороны, поминки… ужасно. Бедный мой Кирочка!

На кухне стерильная чистота. Хлопает холодильник. Ложится на каменную столешницу палка сухой колбасы, батон хлеба, масло.

– Нож-то удержишь? Вот и умница. Ты, главное, ни о чем не думай.

Лера и не думает. Она молча кромсает хлеб, колбасу, огурцы… лезвие у ножа тонкое, острое.

Андрюшка – лжец.

– Вот умница, – Милослава отбирает нож. – Иди, приляг. А вечером все обсудим.