Алый ангел

Они вернутся к этому позднее. Тем же оскорбительно благоразумным тоном Кэм сказал:

– Клятвами, которым мы оба абсолютно не собирались следовать.

На мгновение, всего на мгновение ветер перестал поддерживать ее паруса. Уперев руки в бока, тяжело дыша, сверкая глазами, Габриель смотрела на него в гневном молчании. Он осторожно сел на полу.

– А те ночи, когда ты тайком покидал Данраден?

– Какие ночи? – спросил Кэм, пытаясь выиграть время.

Он прекрасно понимал, о чем спрашивает Габриель. В те ночи он тайком уходил из замка, чтобы побыть с Луизой.

Девушка топнула ногой и наклонилась, чтобы оказаться с ним нос к носу.

– Где ты был? – прошипела она.

В голосе Кэма не было легкомысленности, когда он ответил:

– Ты знаешь, где я был. И я объяснил почему.

Габриель опустила ресницы, чтобы скрыть эмоции, но Кэм заметил, как замерло ее дыхание, когда она отвернулась. Очень спокойно и серьезно герцог сказал:

– Я уже говорил это, но скажу еще раз. С того дня, как ты стала мне настоящей женой, у меня не было других женщин. Я не знал, что ты заметила, что я покидал Данраден. Мне жаль. Возможно, я проявил недостаточную осторожность…

Ее смех остановил его.

Габриель бросила через плечо:

– Даже если ты и проявил неосторожность, я ни о чем так и не догадалась. Хочешь посмеяться? Я думала, что ты уходил, чтобы заниматься шпионажем. – Она снова расхохоталась, правда, не слишком убедительно. – Честно говоря, тогда мне хотелось, чтобы ты уходил почаще.

Казалось, девушка перенеслась мыслями в прошлое.

Кэм не знал, с какой стороны к ней подойти. Он молчал и смотрел на жену, пока та бесцельно мерила шагами комнату.

Когда Габриель заговорила снова, ее голос был безжалостным и холодным, как кусок льда.

– В те ночи ты уходил от меня к Луизе? А я до смерти боялась, что ты узнаешь, чем занималась я. Какая ирония судьбы!

От того, как она выбирала слова, Кэм почувствовал легкое раздражение.

– Я не уходил от тебя к Луизе. Ты ясно дала понять, что не хочешь меня. А чем же занималась ты?

Поскольку Габриель стояла к нему спиной, Кэм воспользовался возможностью подняться.

– Тебе это покажется смешным, – сказала она треснутым голосом.

– Габриель, – взмолился Кэм и поднял руки в успокаивающем нежном жесте.

Девушка обрела контроль над собственным голосом.

– Я болталась на веревке на стенах Данрадена, готовясь к побегу.

В ее голове мелькнула странная мысль, которой она, однако, не озвучила. Габриель вспомнила, что за несколько недель до побега ей, к огромному сожалению, пришлось прекратить прогулки по ночам. Англичанин перестал ходить к Луизе? Наверное, да, подумала она.

Габриель чувствовала, что слабеет. Сорвавшись с места, она бросилась к двери и широко распахнула ее.

– Я смертельно устала, – сказала Габи, – и моя голова вот-вот лопнет.