Алый ангел

Если бы она действительно хотела покинуть его, он ничем не смог бы этому помешать. Кроме того, он уже принял решение. Он не собирался больше рисковать и допускать, чтобы она снова подвергала свою жизнь риску.

Дыхание Кэма выровнялось. Тем не менее, его состояние было далеким от спокойного, когда он сказал:

– Если ты хочешь уйти, я не буду пытаться тебе помешать. На самом деле я хотел бы отвезти тебя туда, куда тебе хочется, и позаботиться о том, чтобы ты хорошо устроилась, – Кэм попытался улыбнуться. – Я просто хочу убедиться, что с тобой все в порядке, Ангел. Хорошо?

Габриель потребовалось несколько секунд, чтобы обрести дар речи. Она сглотнула и сказала:

– Спасибо тебе за это, Кэм. Но в этом нет нужды. Я хочу остаться здесь. О, я не имею в виду Данраден. Я хочу быть там, где ты.

Кэм закрыл глаза, приходя в себя.

– Ангел, – прошептал он. – Сможешь ли ты когда-нибудь меня простить?

– Простить тебя? За что я должна тебя прощать?

Она действительно не понимает, подумал Кэм, и груз вины еще сильнее сжал его грудь. Низким и неровным голосом он сказал:

– Прости меня за то, что я превратил твою жизнь в кошмар, что посылал агентов охотиться за тобой, за все, что тебе пришлось вынести в детстве.

Руки девушки затрепетали, а глаза на бледном лице сделались огромными. Сглотнув, она попыталась ответить, но у нее пропал голос.

Кэм застонал от ее молчания. Он произнес с мольбой:

– Я не виню тебя за то, что ты ненавидишь меня. Но если ты дашь мне шанс, клянусь, я сделаю все, чтобы загладить свою вину.

С уст Габриель сорвался сдавленный стон.

– О любимый, не надо! Это я должна умолять тебя о прощении. И я так и не поблагодарила тебя за то, что ты сделал для дедушки. Думаешь, я не понимаю, чего тебе стоило побороть свою ненависть и спасти и его тоже?

Кэм беспомощно пожал плечами.

– Я сделал это не ради него, а ради тебя. И я обнаружил, что больше не испытываю к нему ненависти. Как же я могу ненавидеть того, кто спас тебя от разъяренной толпы?

Габриель потянулась к мужу, но он остановил ее резким движением руки.

– Ты должна позволить мне закончить, Ангел. Есть вещи, о которых я должен рассказать, чтобы быть в мире с самим собой.

Герцог беспокойно сделал несколько шагов по комнате перед тем, как повернуться к Габриель. – Луиза Пельтье… – начал он.

Габриель, не колеблясь, перебила его.

– Уверяю тебя, Кэм, я не держу зла за этот эпизод. И никогда на самом деле не держала, – девушка попыталась улыбнуться. – Ну, разве что час или два, не дольше, честное слово.

Кэм запустил пальцы себе в волосы. Хриплым шепотом он воскликнул:

– Если бы дело было только в этом!

Медленно вдохнув, герцог продолжил более спокойным тоном:

– Надеюсь, ты поверишь, если я скажу, что ты и только ты воплощение всего, чем я восхищаюсь в женщинах.