Алый ангел

Почти инстинктивно он начал массировать ее напряженные мышцы шеи и плеч.

– Габи, – сказал герцог, и это имя, казалось, сдавило его горло. – Габи.

Еe губы раскрылись, а взгляд скользнул к его губам.

– Кэм! Ты дома!

Луиза Пельтье медленно спускалась по каменной лестнице. Она была поражена увиденным: герцог Дайсон держал на руках мальчика-конюха. Кэм слегка пошевелился, и водопад светлых волос заструился по его руке. Герцог поднял глаза навстречу изумленному взгляду Луизы и смущенно улыбнулся.

– Моя подопечная, – сказал он, указывая на хрупкое тельце, прижавшееся к нему. – Переезд был ужасным. Бедному ребенку еще нужно отойти от качки.

Герцог взял стакан бренди из рук лакея, прибежавшего но его приказу, и заставил Габриель выпить до дна.

– Боже милостивый! Что же с ней случилось? – спросили Луиза.

Мысль, что эта маленькая девчонка, выглядевшая так, словно ее сбросила лошадь, никоим образом не могла угрожать месту Луизы в сердце Кэма, осталась, конечно же, неозвученной. Тем не менее в том, как герцог обнимал девушку, в том, как он смотрел на нее, было что-то, что возбудило наихудшие подозрения Луизы. Однако ее мысли никак не повлияли на выражение лица и тон ее голоса, когда она произнесла:

– Кэм, тебе следовало предупредить меня, что твоя подопечная – совсем ребенок. Я сомневаюсь, подойдет ли ей гардероб, который ты заказал."

"То ли бренди, то ли голос Луизы прорвали теплый кокон, который Кэм сплел вокруг Габриель. Девушка высвободилась из его рук и с трудом поднялась. Кэм встал не так охотно.

– Габриель, поприветствуйте вашу соотечественницу, которая будет составлять вам компанию, мадемуазель Луизу Пельтье. Луиза, позвольте представить вам мою подопечную, Габриель де Валькур.

Габриель машинально взялась за штанины своих мальчишеских брюк и сделала реверанс. Когда Луиза разразилась смехом, девушка покраснела, осознав, каким нелепым должен выглядеть сейчас этот жест.

Габриель так и осталась неуклюже стоять, сцепив руки, когда леди, благоухающая, словно тропический сад, прошла мимо нее и, шелестя шелковыми юбками, обняла Кэма. Объятия были короткими, и интуиция подсказала Габриель, что Луиза была разочарована, когда Кэм отстранил ее. Мадемуазель Пельтье источала аромат любви. Возможно, они с герцогом были помолвлены. Габриель сказала себе, что вполне естественно присматриваться к женщине, проявившей такой собственнический интерес к ее тюремщику.

Когда герцог и Луиза завели беседу, касавшуюся, как смутно поняла Габриель, домашних дел, девушка стала изучать мадемуазель Пельтье из-под полуопущенных ресниц.