Ангелы на льду не выживают. Том 2

И каждый раз, когда ему не удавалось хорошо выступить и добиться успеха, сестра с ненавистью повторяла: «Надо было больше заниматься, надо было больше стараться, столько денег в тебя вкладываем, и все без толку! Я туфли не могу себе купить нормальные, хожу в обносках, хотя вкалываю с утра до вечера, потому что все деньги на тебя уходят! А ты ничего не делаешь, только задницей вертишь на льду!»"

"Это казалось ему жестоким и несправедливым. Разве он мало работал? Разве не вкладывал всю душу, всю свою жизнь в спорт? И разве он виноват, что мир спорта устроен жестоко и по определенным правилам, сломать которые ни один спортсмен, тем более юный, не в силах.

Да и не знает он пока еще этих правил. Он просто самозабвенно, с полной отдачей делал все, что мог, вскакивая по будильнику в пять утра, чтобы успеть на утреннюю тренировку, которая начиналась в семь, он терпел постоянную боль и превозмогал постоянный страх, делал уроки, скрючившись на скамейке в мужской раздевалке и одновременно жуя бутерброды, сделанные дома бабушкой. Из-за этих бутербродов сестра тоже его ненавидела: на рубеже девяностых в магазинах продуктов совсем не стало, потом, в начале девяносто второго, они появились, но уже по сильно выросшим ценам. И самые лучшие куски мама и бабушка откладывали ему, чтобы дать с собой еду, ведь мальчик уходил из дома рано утром и возвращался поздно вечером. Ни один кусочек хорошей колбасы или сыра сестре не доставался.

«Положи, это Володеньке на бутерброды», – осекала ее бабушка.

Если в доме появлялись фрукты – то только для него. И каждое неудачное выступление непременно имело домашний финал в виде очередного оскорбительного монолога старшей сестры. А неудачей в их семье считалось все, кроме победы.

Спустя много лет, уже став взрослым, он услышал те же самые слова, но уже от человека, которому доверился и решил рассказать, как его обломали в спорте и какие волчьи законы царят в этом мире, имеющем такой красивый фасад.

Он надеялся на понимание и сочувствие, но в ответ услышал:

– Ну, братец, это ты сам виноват.

Старался бы больше – все вышло бы по-другому. Раз ты столько лет долбил в одну и ту же точку, занимался одним и тем же делом, и так ничего и не выдолбил толкового, стало быть, совсем ты никчемный. Неудачник ты. Лузер, одним словом.

Слова ударили больно. Намного больнее, чем когда их произносила сестра. Сестру он хотя бы стал понимать, когда вырос. Его спортивные устремления легли на ее плечи.