Annotation

— Ничего. Я пьяный.

— Тогда ложись и спи, — наставительно сказала она. — Утром все будет по-другому.

Да, утром будет по-другому. Он отдавал себе в этом отчет. Утром будет Лиза. И отвращение к себе, пожалуй, на трезвую еще более сильное, чем сейчас, по пьяни.

Скотина, готовая сунуть кому угодно, лишь бы выплеснуть из себя мерзкое похотливое желание. И замарать им других. Лиза… Женщина, которую трогать было нельзя ни пальцем. Прижималась к нему и чувствовала его своим. Лиза…

Он медленно лег на подушку и посмотрел на потолок. Потолка в темноте видно не было. Провал. Эту комнату засосала черная дыра. В ней все искажалось и преломлялось.

— Разбудил — прости, — прошептал Закс.

Она тут же нырнула к нему под одеяло и крепко оплела его руками.

— Это ничего.

Она любила его с самого детства. Потом отец развелся с матерью, и ее увезли за границу на долгие годы. Явление Лизы Гориной в «ZG Capital Group» в качестве стажера было фееричным — она пришла с целью завоевать Виктора Закса. Она завоевала его. Это оказалось даже слишком простым. Просто Лиза не знала, что он никогда не мог бы относиться к ней, как к другим. Потому что был ее должником.

Больше книг на сайте - Knigolub.net

200_ год

Густые сумерки за окном такси в тягучем ожидании казались спасением. Когда начинало смеркаться, мир менялся. Он любил этот изменчивый мир — может быть, потому, что сам замер далеко в прошлом?

Короткое смс — «Ольха все-таки приперся. Ужинай без меня» — осталось без ответа.

Звонить он не хотел. Нелепость: предупреждать жену о том, что собираешься ей изменить. В этот вечер он принадлежал себе более, чем другим. Иногда находились вещи важнее долга и совести. Например, похоть.

Парковка у «Носорога» была почти пустой — слишком рано. Гости подтягивались гораздо позже. Закс только взглянул на часы и усмехнулся. Во всяком случае, под дверью стоять ему вряд ли придется. Расплатился с таксистом. Вышел из авто. Прошел под непрекращающимся с утра снегом по закрытому дворику. Вошел в фойе. Снял пальто. Выдохнул. И направился в гостиную. Нет, ничего не предвкушая. Зная, что ему физически необходимо видеть Северину. Иначе он просто рехнется.

Она вальяжно развалилась на небольшом диване, покачивала ногой, перекинутой через подлокотник, и изображала развратную нимфетку, образ которой был все еще ей к лицу. Коротенький топ, открывающий плоский живот. Узкие кружевные шорты. Ленточки в косичках, уложенных вокруг головы. И чупа-чупс за щекой.

— Ты смотри, Лолита! — это было первое, что он сказал ей, приблизившись.

Она подняла на него глаза и широко улыбнулась.

— Не-а, я Северина. Забыл?

— Помню, — пожал он плечами. — Набокова читала?

— Пришел поинтересоваться моими познаниями в литературе? — конфета снова отправилась в рот, кругло выпирая из-под щеки.