Аномальщик
Не люблю сюрпризы. На свой юбилей я получил подарок, которого точно не ожидал: новую жизнь в стране победившего социализма, на перекрёстке миров, где чудовищами пугают не детей, а взрослых. И даже если путь домой лежит через застенки КГБ и полчища монстров — никто и ничто не остановит меня. Ведь делать невозможное — моё кредо!От автора:СССР в книге — из параллельной (альтернативной) линии, дожил до наших дней и вполне ожидаемо сильно отличается от того, что мы помним из своего детства, кто застал. Но многое покажется очень знакомым.По поводу РеалРПГ. В этой серии своя, уникальная и неповторимая система. Такого не было ни в одной книге на АТ (по крайней мере, из популярных, все мы не читали). Герой сталкивается с ней в самых первых главах, но по началу этого не замечает. А вот Система на него внимание обращает. На протяжении всего первого тома то тут, то там торчат уши этой самой Системы. Но полноценное подключение к ней произойдёт только в начале второго тома. Почему так? Потому что в этом мире она — не для всех. Более того, эти знания строго засекречены.
"
"— По службе не то что можно, а должны. У меня есть копия, и нам придётся не только ознакомиться с музыкальными вкусами Неверова, но и разобраться, когда та или иная песня была исполнена, кем и в каком году. К счастью, они у него все поименованы.
— Думаете, он всё же может быть оттуда?
— Думаю, что лучше бы он оказался обычным шпионом, — покачал головой Иван Иванович.
* * *Выходные пролетели незаметно. Мы читали выданные для изучения материалы, обсуждали теорию параллельных потоков времени, иномирных тварей, музыкальные вкусы. Слушали музыку, сперва мою, потом из подборки Майи. В коллекции девушки оказалось много лирических песен. К её и моему удивлению, я узнавал многие песни, хотя звучание отличалось. А уж когда заиграл «Дождь» в исполнении Шевчука, я не выдержал и начал подпевать.
Дослушав до конца, нашёл у себя «Что такое осень». И вот здесь настал очередь удивляться Майе.
— Слуууушай, ну это точно Шевчук, его ни с кем не спутаешь! — Майя напряжённо пыталась вспомнить. — Но он такую песню не пел… у нас. Я ни разу не слышала, по крайней мере!
— Так и развала СССР у вас не было, и лихих 90-х, когда люди не знали, как жить дальше. Ты в слова вслушайся. «Что же будет с Родиной и с нами»… понимаешь?
— Не знаю, — честно призналась Майя, но лицо у неё было очень задумчивое.
На ночь Майя, само собой, уходила к себе. Эх! В другом мире, в другой обстановке я бы знал, что делать. А здесь это казалось абсолютно неуместным.
В воскресенье, насидевшись в четырёх стенах, мы даже выбрались прогуляться. Гуляли по городу, как вдруг я увидел… маму.
Остановился, как будто на стену налетел. Даже головой потряс. Ничего не изменилось.
— Что такое? — спросила Майя.
— Вон там, видишь? — я показал на другую сторону улицы, — видишь? Женщина в синем плаще?
— Да, вижу, — Майя нахмурилась, пытаясь понять, что меня привлекло в ней.
— Моя мама, — объяснил я внезапно севшим голосом. — Ну… ты поняла. Мама моего двойника, но технически она ведь и моя мама, раз существует двойник, значит разделение потоков времени произошло уже после моего рождения… наверное.
— Пойдём отсюда, — потянула меня Майя за рукав. — Она не должна тебя видеть.
— Согласен… Слушай… а ведь там, дома… меня уже похоронили, наверное. Объявили без вести пропавшим, конечно, ищут, наверное.
— Наверное, — согласилась она.
— Пошли домой, — вздохнул я. — Настроение как-то испортилось.
В понедельник в 6:55 мы были уже на месте сбора, на окраине города. Там, за бетонным забором, увитым мотками колючей проволоки, и располагалась учебка. У входа уже собралась небольшая разновозрастная толпа, засвистевшая при виде Майи.
— Красотка, ты с нами? — какой-то самый дерзкий протянул руку, может потрогать её хотел, может ещё что, но руку он протянул мимо меня.
















