Анти-Горбачев-4

Целыми остались только два из них — в Куйбышеве, на улице Фрунзе, и в Горьком, на Верхне-Волжской набережной.

Глава 15

Бункер Сталина

— Про Куйбышевский бункер я что-то слышал, — ответил Романов, — а про горьковский совсем ничего… хорошо, показывайте, что тут у вас к чему…

Впереди был ярко освещенный недлинный коридор и четыре двери в разные стороны. Функции хозяина взял на себя генерал Патрикеев, он и сообщил следующее."

"— Справа сначала идет комната для совещаний, вот, посмотрите сами, — в распахнутую дверь было видно длинный стол, покрытый зеленой скатертью, а вдоль него куча стульев, — далее кабинет для первого лица… то есть для вас, Григорий Васильевич.

Второе помещение отличалось от первого только отсутствием стола, наличием дивана и дверью сбоку, очевидно в санузел.

— А слева у нас сначала комната для охраны, а затем узел связи — с любой точкой и любым гражданином СССР можно соединиться… ну почти с любым.

— Это как раз то, что сейчас нужно, — потер руки Романов, заходя в узел связи, — свяжите меня для начала… ну скажем с Председателем Совета Министров.

— Алексей, — генерал сделал знак капитану, который вытянулся во фронт, увидев входящее начальство, — обеспечь связь с товарищем Воротниковым.

Тот козырнул, уселся на свое рабочее место, надел наушники и начал щелкать тумблерами и крутить верньеры. Это продолжалось практически с минуту, после чего он повернул свое покрасневшее лицо к начальству и сообщил:

— Виноват, связь с товарищем Воротниковым сейчас невозможна…

— Тогда давай ленинградский обком, Гидаспова или кого-нибудь еще, — продолжил Романов.

Через полминуты капитан обрадованно доложил:

— Товарищ Гидаспов на линии!

— Приветствую, Борис Вениаминович, — сказал в предложенные наушники Романов, — расскажите уже что-нибудь про текущую ситуацию, а то мне одни слухи предлагают.

— Добрый вечер, Григорий Васильевич, — немедленно откликнулся ленинградский начальник, — могу передать только то, что до меня дошло в последние полдня.

— Слушаю с нетерпением…

— Итак, приблизительно в пол-второго по Москве выключилась вся правительственная связь…

— Стоп-стоп — а как же мы сейчас разговариваем с вами?

— Это дублирующий канал, как мне сообщили компетентные товарищи.

— Понятно — продолжайте, Борис Вениаминович.

— Далее — через час с небольшим в ленинградский обком пришло сообщение…

— Каким образом оно пришло, если все каналы связи закрылись? — уточнил Романов.

— Вы не поверите — на бумаге, Григорий Васильевич. На скором поезде фельдегерь привез…

— И что же было в этом сообщении?

— Много слов, но все расплывчатые. Общий смысл заключался в том, чтобы соблюдать спокойствие и не поддаваться на возможные провокации.