Антология советского детектива-30. Компиляция. Книги 1-20

— Садись, Нико, — широким жестом пригласил Шитов к столу, — будь гостем!

На нем красовался все тот же купальный халат, он так же играл хлебосольного хозяина, но на столе уже стоял не коньяк, стояла водка, да и не «Экстра», а обыкновенная, и на закусь колбаса не дороже двух тридцати. «Неужто спустили уже и «маг» и приемник? — подивился про себя Никита. — Или Громов все-таки лапу наложил?»

Правда, присаживаясь к столу, Никита заметил на ковре вторую бутылку, порожнюю.

— Наливай, Нико, — сказал Шитов, доставая из серванта третью стопку. Хлеб и колбаса, наструганные кое-как, лежали на одной тарелке, для всех.

Разговор за столом, видимо, шел серьезный, пили-закусывали без декораций.

— Инна, тебе хватит. Я же сказал!

Последние слова Шитов произнес с крайней строгостью, однако они только развеселили Волкову. Она откинулась на спинку стула, взмахнула руками. Движения, мимика у нее сделались чрезмерными, грубыми. Никита впервые видел ее пьяной. Сейчас вряд ли бы нашел в ней Вадим черты печального мальчика.

— «Я же сказал»! — передразнила она Шитова. — Тоже мне Барон, тоже мне жлоб! Это ты Машке своей говори!

С трудом и сильно качнувшись, она снова привалилась к столу, но пить больше не стала.

Она не Шитова послушалась, она просто забыла про рюмку. Когда она не гримасничала и задумывалась, лицо ее переставало быть противным, все же сказывалась ранняя молодость. Никита вдруг подумал, что от Маринки эту пьяную женщину отделяют всего семь лет.

— Он завел бабу, он завел бабу! Я знаю, у него есть в аэропорту, в аэропорту! — повторяла Волкова в пространство, монотонно, как робот.

— Я тебе сотый раз повторяю, мало ли какие у Жени дела, — видно, действительно не в первый раз втолковывал ей Шитов.

 — Ну и что ж, что в аэропорту? Билеты ты нам достанешь? Он же достанет. Поди-ка улети сейчас из Южного. За две недели записываются. Не зимовать ведь нам тут.

Волкова так же монотонно, как робот, не кивала, качала головой. Потом вдруг вздохнула в голос «О господи!», положила на стол руки одна на другую, прилегла на руки щекой и закрыла глаза.

В комнате стало тихо, если не считать топота и выкриков за стеной.

— Положим ее на диван, что ли? — вполголоса предложил Никита.

— Не надо, — полным голосом сказал Шитов.

 — Разоспится, куда я с ней? Хозяева предупредили, на ночь не приводить.

— Может, шефу позвонить?

— Жене? Что ты! — Шитов всполошился. — Обозлится. Скажет, чего по ерунде… Давай выпьем, Нико! — сказал он, пододвигая к себе тарелочку с колбасой и хлебом. — С тобой я с удовольствием. Устал я сегодня от этой растяпы. Да нет, она спит. Она может так. На ходу, как лошадь. Мы с тобой сейчас сепаратно… — Шитов оживился, встал, достал из нижнего отделения серванта коньяк, маслины.