Антология советского детектива-46. Компиляция. Книги 1-14 (СИ)

— Ничего, — возразил Лосев. — Жена придает совершенно другой характер визиту. Ты Лену со всеми знакомь, объясняй цель визита, мол, вот, участок обещают. И все будет в порядке. Люди раскроются, пойдут советы, знаешь, как это бывает? А с Коровиным встречи не ищи.

— Ну, понятно, понятно, — сказал Откаленко, весьма довольный полученным заданием.

— Теперь дальше, — продолжал Лосев. — Я еду как сотрудник МУРа, по служебным делам. В связи со всякими печальными событиями. Об убийстве Лямкина там все, конечно, уже знают. Тут ко мне пойдут всякие жалобы, заявления, подозрения, слухи, разгорятся, как всегда, споры и ссоры.

Иногда такая официальная фигура тоже нужна. Возможна очень даже полезная информация. Наконец, Денисов едет сам по себе. Прослышал, мол, о товариществе и интересуется конъюнктурой и природой. Не прочь построить домик, деньжата водятся. Словом, такой тихий грызун, кое-кому там близкий по духу. Возможны откровенные разговоры. Вот такой план. Приезжаем отдельно, можно даже в разное время."

"— Необязательно, — задумчиво возразил Цветков, постукивая сложенными очками по ладони. — А в целом что ж… Как ты полагаешь? — обратился он к Виктору Анатольевичу.

 — Десант такой, а?

— Мысль неплохая, — согласился тот.

— У меня, кстати, есть конкретный повод для разговора с людьми там, — добавил Лосев. — И чтобы специально убийства не касаться. Я его, мол, не веду. Но сбежавший с чужими деньгами бригадир шабашников — это вот мое дело. Его же надо найти и судить, верно, Виктор Анатольевич?

— Естественно, — согласился тот. — До семи лет лишения свободы, между прочим. Смотря, конечно, по обстоятельствам. А так восьмидесятая статья, часть третья.

Мошенничество в особо крупных размерах.

— Семь лет. Ну паяем, — вздохнул Лосев.

— Закон суров, но он закон, — по-латински процитировал Виктор Анатольевич и добавил — Хотя санкция велика, согласен. У нас с каких еще пор осталось представление, что пять лет, к примеру, это вообще не срок, его давали, когда уже решительно ничего приписать было невозможно.

— Это при Сталине? — уточнил Откаленко.

— Именно.

— Словом, будет о чем потолковать, — сказал Лосев. — А за разговором всплывет и Лямкин. Будут чего-то вспоминать, предполагать.

А я послушаю.

— А с нами поделятся всякими секретами в делах этого товарищества, — сказал Откаленко. — Огромными деньгами ворочают. Ну и кто знает, — хитро усмехнулся он, — может, они нас в конце концов уговорят вступить.

— Уж очень много безобразий в этом деле, — покачал головой Виктор Анатольевич.

— Ну-с, одним словом, с болотом мы договорились, — заключил Цветков. — Готовьтесь. Кстати, как фамилия того бригадира? — обернулся он к Лосеву.

— Пока не знаю, Федор Кузьмич.

— Надо знать.