Антология советского детектива-46. Компиляция. Книги 1-14 (СИ)
Настоящий том содержит в себе произведения разных авторов посвящённые работе органов милиции, госбезопасности и разведки СССР в разное время исторической действительности. Содержание: Инспектор Лосев: 1. Аркадий Адамов: «След лисицы» 2. Аркадий Григорьевич Адамов: Круги по воде 3. Аркадий Григорьевич Адамов: Злым ветром 4. Аркадий Григорьевич Адамов: На свободное место 5. Аркадий Григорьевич Адамов: Петля 6. Аркадий Григорьевич Адамов: Идет розыск [Полный вариант] 7. Аркадий Григорьевич Адамов: Болотная трава ОББ (Данилов): 1. Эдуард Анатольевич Хруцкий: МЧК сообщает 2. Эдуард Анатольевич Хруцкий: Комендантский час 3. Эдуард Анатольевич Хруцкий: Тревожный август 4. Эдуард Анатольевич Хруцкий: Приступить к ликвидации 5. Эдуард Анатольевич Хруцкий: Страх 6. Эдуард Анатольевич Хруцкий: Четвертый эшелон 7. Эдуард Анатольевич Хруцкий: Сто первый километр
Ко мне нынче божьи люди не приходили? — спросил осторожно.
— Да коли и придут, как ты беседовать-то станешь в этаком-то виде?
— Божьим словом, мать, божьим словом...
— Эк тебя развезло, — сочувственно сказала жена, заботливо поддерживая мужа. — Поди десятый час уже. Обопрись-ка на меня, провожу.
Халат на отце Георгии распахнулся, тапочки он забыл под столом. Покачиваясь, пошел он в спальню, рукой отстранил жену, сказал:
— Если кто придет, зови без промедления. Времена нынче тяжелые, доход уменьшается. Ко всему надо быть готовым. Так что сразу буди. Нынче каждое божье слово.
У себя в комнате отец Георгий прилег не раздеваясь. Пошарил в кармане и вынул часы с боем. Надавил на кнопку. Куранты проиграли восемь раз. Спать не хотелось. Потапов лежал и думал. Думал о том, что вчера опять заходил Широков. Он вспоминал перекошенное ненавистью лицо бывшего сослуживца, его свистящий шепот.
«Надо сдерживать Андрея, сдерживать, — напылит, настреляет... Подымет шум — и конец».
Потапов встал с постели, зажег свечу, подошел к письменному столу. Пошарил пальцами сбоку тумбы, нажал на деревянный завиток, и тумба повернулась обратной стороной.
Потапов бережно положил его на стол. Свет свечи заиграл на черном масленом стволе. И показалось вдруг Потапову, что где-то далеко зацокали копыта лошадей и снова песня грянула, лихая, с присвистом: «Степь, прошитая пулями, обнимала меня...»
В окно постучали резко и требовательно. Отец Георгий встал, сунул наган в карман брюк, дунул на свечу. Потом подошел к окну и поднял светомаскировочную штору.
За темнотой стекла еле различалось светлое пятно человеческого лица.
— Кто? — спросил Потапов.
— Мне бы отца Георгия.
— Это я буду.
— Пусти, отче, с приветом я от старого друга твоего из Ростова.
Потапов похолодел. Неужели вспомнили? Но мало ли кто может ходить под окнами ночью?.. Правой рукой нащупал наган в кармане, левой распахнул окно.
— Ну что, отец Георгий, в дом не зовешь? Или боишься?
— Святость моя, уважаемый гражданин, оберегает меня от лиходеев. А в дом приглашу.
"Они сидели за столом. Потапов внимательно разглядывал позднего гостя. Только что тот положил перед ним половинку креста — условный пароль с тех далеких лет.
Гость от выпивки отказался, зато ел жадно.
Потапов смотрел на него и думал, что в лице незнакомца есть что-то собачье, тяжелая нижняя челюсть, что ли...
Наконец гость отодвинул тарелку, закурил, блаженно откинувшись на стуле.
«Сейчас начнется главное, сейчас», — понял отец Георгий. Что принес ему визит этого человека? Об этом он не знал.















