Антология советского детектива-46. Компиляция. Книги 1-14 (СИ)

— Почему же его не опубликовали?

Небогов снова вздохнул и, нахмурясь, почесал мизинцем бородку.

— Я сам так решил.

— Вы?!.

— Да, представьте. Дело в том, что я узнал Лучинина. Он ко мне пришёл сам, и мы с ним беседовали, — он скупо усмехнулся. — Как раз здесь, у тёти Паши.

— И что же?

— И… он мне понравился.

— Это выглядит не очень принципиально, — заметил Игорь.

— Вы меня не поняли! — Небогов даже вспыхнул от возмущения. — Мне нравятся только честные люди! Абсолютно честные! И я их нутром, чувствую. Слава богу, всяких навидался. И я, представьте себе, не поверил ревизии.

Я подумал, что он будет бороться, — и чуть дрогнувшим голосом добавил: — Такое он производил впечатление.

Игорь смотрел на его бородатое, юношеское лицо с живыми карими глазами, ставшими вдруг строгими, почти злыми, на твёрдо сжатые губы, и ему почему-то захотелось обнять этого парня.

— Вы мне можете показать эту анонимку, Слава? А заодно и ваш фельетон?

— Анонимку, пожалуйста. А вот фельетон… Честное слово, я его выбросил. В корзину. Все три экземпляра. И даже от главного не попало… Константин Дормидонтович меня понял.

Потом Небогов принёс письмо.

Игорю достаточно было только взглянуть на него, и он узнал почерк. Тот самый! Неужели это Булавкин?

И ещё непонятно: откуда Булавкин мог знать факты, о которых писал? И так грамотно их изложить — технические вопросы, бухгалтерские. Странно, очень странно.

— Это письмо мне придётся у вас взять, — сказал Игорь.

— Ну и черт с ним! Берите, — брезгливо ответил Небогов.

— Теперь, Слава, второй вопрос, — продолжал Игорь. — У вас дома есть пишущая машинка?

Небогов с удивлением посмотрел на него.

— Есть. А что?"

"— Зачем же вы брали машинку у Черкасова?

— У Петра Андреевича? А-а, да, да, как-то брал! Чинить свою отдал. А тут срочная работа. Ну и потом… — Небогов смущённо усмехнулся. — Стихи кое-какие перепечатал.

— И никому эту машинку не давали? — с беспокойством спросил Игорь. — Никто на ней больше не печатал?

— А кому же давать? Сам, конечно, печатал.

«Та-ак, — подумал Игорь. — Что-то у нас с вами, уважаемый Пётр Андреевич, концы с концами не сходятся».

Начинало уже темнеть, когда он вышел из редакции, и ноги сами понесли его в горотдел.

В гостиницу идти не хотелось.

А спустя часа два ему позвонил Виталий.

Деревня открылась внезапно и вся сразу, как только машина преодолела длинный пологий подъем.

В ушах Виталия ещё звучали последние напутствия друзей-туристов, перед глазами ещё стояли озорные и счастливые лица мальчишек, по очереди свистевших им вслед из голубого свистка. И вот перед Виталием уже деревня Пожарово, где живёт некий Витька Ведерников.