Антология советского детектива-46. Компиляция. Книги 1-14 (СИ)
Настоящий том содержит в себе произведения разных авторов посвящённые работе органов милиции, госбезопасности и разведки СССР в разное время исторической действительности. Содержание: Инспектор Лосев: 1. Аркадий Адамов: «След лисицы» 2. Аркадий Григорьевич Адамов: Круги по воде 3. Аркадий Григорьевич Адамов: Злым ветром 4. Аркадий Григорьевич Адамов: На свободное место 5. Аркадий Григорьевич Адамов: Петля 6. Аркадий Григорьевич Адамов: Идет розыск [Полный вариант] 7. Аркадий Григорьевич Адамов: Болотная трава ОББ (Данилов): 1. Эдуард Анатольевич Хруцкий: МЧК сообщает 2. Эдуард Анатольевич Хруцкий: Комендантский час 3. Эдуард Анатольевич Хруцкий: Тревожный август 4. Эдуард Анатольевич Хруцкий: Приступить к ликвидации 5. Эдуард Анатольевич Хруцкий: Страх 6. Эдуард Анатольевич Хруцкий: Четвертый эшелон 7. Эдуард Анатольевич Хруцкий: Сто первый километр
Получив конкретное задание, он проявит дьявольскую находчивость и дотошность, чтобы его выполнить, но дать задание другому, продумать или, вернее, придумать всю операцию целиком или какой-то новый путь в розыске он, пожалуй, не сможет. Словом, Валя не стратег, он тактик, притом отличный тактик.
Мы начинаем изучать с ним таблицу междугородных телефонных разговоров Николова. За одиннадцать дней, которые он прожил в гостинице, Николов разговаривал с пятью городами. Тут и названные мне Виктором Одесса и Ростов, а также Ленинград, Куйбышев и неведомый Виктору да и мне тоже городок со странным названием Пунеж.
— Районный центр.
— Очень важно знать, с кем он там говорил, — замечаю я.
— Сделал запрос. Завтра будем знать.
Со всеми городами, кроме Одессы, разговор продолжался три минуты, с Одессой — семь. За счет разговорчивости одесситов, что ли? А вот с Пунежем разговор занял у Николова всего полторы минуты. Рядом с этой цифрой в таблице стоит буква «с».
— Срочный, — коротко поясняет Валя.
Гм… Это уже интересно. Хотя срочность можно объяснить и самой простой причиной: скажем, в этот день Николов торопился по другим делам, а разговор с Пунежем состоялся в два часа дня, или, допустим, вообще сложно было получить с этим городком обыкновенный разговор.
"Я рассказываю Вале о своих подозрениях в отношении Мушанского. Завтра мы покажем его Виктору. А пока что надо сделать еще одно дело, надо срочно запросить все пять городов, не остановился ли в какой-либо из их гостиниц гражданин Николов Иван Харитонович и нет ли его у тех лиц, с которыми он вел переговоры из Москвы.
Все обсудив, мы расходимся. Валя отправляется на переговорный пункт спецсвязи, а я начинаю звонить Светке. Это, между прочим, совсем не простое дело. Светка страшно любит болтать по телефону с подружками. Когда это происходит при мне, я не устаю поражаться обилию тем, которые они находят. Словом, я звоню безостановочно, когда-нибудь Светка должна же сделать перерыв.
Вскоре мне все-таки везет, и я дозваниваюсь.
— Витик! — радостно восклицает Светка.
Нет, я конечно, не устал. Я мгновенно натягиваю пальто, хватаю шапку и собираюсь уже погасить в комнате свет, как вдруг замечаю неубранную бумагу на столе. Это Валина таблица.
Ничего не поделаешь, придется задержаться. Я спешу достать из сейфа тонкую папку с делом Николова и так порывисто раскрываю ее, что оттуда вылетает маленький листок бумаги и, кружась, падает на пол.















