Антология советского детектива-46. Компиляция. Книги 1-14 (СИ)

И вообще… Ну, зачем мне вас обманывать… теперь уже?

«В самом деле, — подумал Кузьмич, — зачем ей обманывать именно в этом пункте? Может быть, Колька спрятал у нее часть вещей с кражи? И, выгораживая его, она отводит подозрение и от себя? Тогда нужен немедленный обыск у нее, у матери, где-то еще, куда она могла отнести краденые вещи. И если ее сейчас отпустить, она может эти вещи сразу же перепрятать, даже уничтожить. Но если она знает про кражу, значит, врет про „секретного майора“, тот никак не мог совершить квартирную кражу. Хотя придумать этого „майора“ сама она не могла, она могла только в него поверить.

Значит… значит, она ничего о краже не знает. Но тогда почему ей не сказать, что Колька утром ушел из дома? Странно. Рассказать про убийство и скрывать кражу. Почему она это делает? До этого необходимо докопаться».

— Вас сейчас допросит следователь, который ведет дело Совко, — строго сказал Кузьмич. — Советую хорошенько вспомнить утро понедельника. Хорошенько.

На тумбочке возле кресла зазвонил один из телефонов. Кузьмич взял трубку и, откашлявшись, сказал:

— Цветков.

— Товарищ подполковник, — донесся до него голос дежурного.

 — Только что получено сообщение. Раненый Шухмин в машине такси ведет преследование какого-то красного «Москвича». Маршрут движения известен. Подключил оперативные машины. Сейчас они примут объект.

Когда я возвращаюсь на работу после беседы с Виктором Арсентьевичем, то застаю в кабинете Кузьмича, следователя прокуратуры Виктора Анатольевича, тезку моего недавнего собеседника, и Валю Денисова.

— Вовремя прибыл, — кивает мне Кузьмич. — У нас тут все дымится. Вот он, — Кузьмич указывает на Валю, — только что Чуму взял.

— Ну да?! — удивленно восклицаю я.

Но это, конечно, от неожиданности, ибо рано или поздно, но это должно было неизбежно случиться.

— А Муза? — тут же спрашиваю я.

— У нас, — отвечает Кузьмич. — Виктор Анатольевич сейчас будет ее допрашивать. Так вот, — он поворачивается к следователю. — Странное дело. Убийство за Совко она подтверждает, мол, признался он ей в этом. А вот его участие в краже — нет. По ее словам, он все утро то сидел, мол, дома. Никуда якобы не выходил. Боялся нос высунуть. А у нас между тем…

В этот момент ко мне наклоняется Денисов и негромко сообщает:

— Петр наш в госпитале.

— Что случилось?!

Черт возьми, сколько событий в один день! Дело разворачивается, как туго сжатая пружина.

Валя коротко рассказывает, что произошло с Шухминым, и в заключение говорит:

— Отличный парень этот Аверкин. К нам попросился. Говорит, пока его Петр по пути уговаривал, он еще колебался, а как раненого его подобрал, так сразу решил. Во чудик! Всякий другой как раз наоборот бы поступил. — И, как бы объясняя этот странный поступок, Валя заключил: — Ракетчик.