Антология советского детектива-46. Компиляция. Книги 1-14 (СИ)

 — Какой-то колоссальный куш, не иначе. Я понятия не имею какой, это сам по себе тоже факт. Откуда мне знать? Я в их дела никогда не совался. И не суюсь. Я свое место знаю. И все! И точка!

— Но разве таким кушем не может быть богатейшая квартира Виктора Арсентьевича, вернее, его покойного тестя, академика? Да там одних картин на…

— Нет, нет и нет! Это сам по себе точнейший факт! — решительно мотает лысой головой Георгий Иванович и тут же снова выставляет перед собой растопыренные руки. — Но имейте в виду, я ничего не знаю! Решительно, вы понимаете? Я, повторяю, в их дела не суюсь.

У меня на все официальные документы. Это абсолютный сам по себе факт! И все! И я больше ничего не знаю! Я, извините, хочу спать спокойно, вот так!

Георгий Иванович, видимо, пришел наконец в себя и подумал о собственной безопасности. Давно пора. Как легко, однако, он выходит из равновесия и ударяется в панику. Впрочем, новости на него обрушились, конечно, ошеломляющие. И он, наверное, на минуту только поставил себя на место Купрейчика и тем более Гвимара Ивановича и, естественно, пришел в ужас. Еще бы, есть от чего.

Я сейчас даже не пытаюсь как следует осмыслить всю полученную информацию.

Я спешу добавить к ней кое-что еще, если это, конечно, окажется возможным.

— Вы спрашиваете, кто его убил? — обращаюсь я к Георгию Ивановичу, не давая ему возможности сосредоточиться на мысли о собственной безопасности.

— Да, да! — нетерпеливо откликается он, подаваясь вперед. — Весьма интересно.

— Убили ваши."

"— Но, господи боже мой, кто наши, какие наши? — его снова охватывает волнение, почти паника. — С ума можно сойти! Ну говорите же, говорите! Чего вы замолчали? Ну, ради бога!

— Их имена вам ничего не скажут, — отвечаю я.

 — Хотя нет! Один из них как раз работал в этом магазине.

— Красиков! Этот проклятый Лешка, да? — почти обрадованно восклицает Георгий Иванович. — Верно я говорю или нет?

— Точно. Работал у вас, но не на вас, — усмехаюсь я.

— Это все, так сказать, до меня было. До меня, вы слышите? При Гвимаре еще.

— Не имеет значения. Он и на Гвимара Ивановича тоже не работал.

— А на кого же тогда? — напускает на себя наивность Шпринц.

— Подумайте сами.

— Ну на кого же, господи боже мой? — нетерпеливо восклицает Шпринц.

— А я не знаю, — загадочным тоном отвечаю я.

— Нет, знаете!

— И вы знаете, Георгий Иванович. Это сам по себе факт, — насмешливо говорю я.

— Я знаю?! — запальчиво переспрашивает он, не замечая моей иронии.

— Да, вы.

— А я только с вами согласился. Ведь это вы сказали, на кого он работает. На Льва Игнатьевича. Согласен!

— А на кого работает сам Лев Игнатьевич, как по-вашему?

— Ну, это я не знаю. Абсолютно. Уверяю вас.

— Как угодно, Георгий Иванович, — я пожимаю плечами. — Можете не говорить. Я же вас не заставляю.