Антология советского детектива-7. Компиляция. Книги 1-11

— Скользко ему будет пристраиваться к Паршину, — заметил Корецкий.

— Паршин проехал. Обогнал нас, — сказал Гриднев, оставив без внимания замечание Корецкого.

— Узнали машину?

— Я номер узнал. А паршинский хвост опаздывает.

— Слишком много машин. Как бы нам не помешали.

— Разберемся.

Проехали арку, венчающую конец Кутузовского проспекта. Говорят, она была когда-то в конце улицы Горького у Белорусского вокзала. Одессит Гриднев не помнил ее: бил врага в одесском подполье, воевал в действующей армии и попал в Москву, когда ее остатки были свалены во дворе архитектурного музея во дворе Донского монастыря.

Тут, на Кутузовском, она, конечно, уместнее, как торжественный символ Отечественной войны двенадцатого года. Но сейчас он промчался мимо, даже ее не заметив. Дождь лил сильнее, и мостовая стала зеркалом, в котором смешались огни «Волг», «Жигулей» и «Москвичей». Как в кино, когда показывают погоню в дождь. Паршин шел впереди, отставая от Хэммета на несколько метров. Их отделяли от Гриднева две или три машины. Где-то рядом должен быть Хомутов, подумал Гриднев.

Еще три километра. Машин стало поменьше, и в пляске огней на мокром шоссе им удалось подобраться к Паршину.

Теперь все шли гуськом: Хэммет, Паршин, Корецкий.

— Хомутов, ты где? — Гриднев включил радиотелефон.

— Здесь я, Александр Романович, иду за ними.

— Не пропусти передачу конверта."

"— Камера — на всех парах. Не пропущу.

— Когда Паршин начнет приравниваться к Хэммету, — сказал Гриднев Корецкому, — обгоняй их, но особо не отрывайся. Будем ловить момент.

Снова включил радиотелефон:

— Саблин, как у вас?

— Порядок, — ответил немногословный Саблин.

— Паршин за вами.

— Знаю, — сказал Саблин и отключился.

Гриднев внимательно следил за паршинской машиной: вот-вот увеличит скорость. Увеличил. Отставая на полкорпуса, уже идет рядом.

— Корецкий, — предупредительно напомнил Гриднев.

— Вижу.

Корецкий нажал на акселератор, и «Волга» рванула вперед, перестроилась в левый ряд, пошла впереди Хэммета, И Гриднев не видел, как «жигуленок» Паршина поравнялся о хэмметовской «Волгой», пошел справа от нее, потом Паршин протянул руку и бросил конверт в открытое окно «Волги». Все это заняло считанные секунды. Гриднев потом подсчитал их, — ровно шесть! — когда смотрел эпизод, снятый сразу с двух камер — Хомутовым и Саблиным.

Хорошо снятый, несмотря на скупое — дождь! — освещение…

* * *Паршина взяли просто. Он заметил погоню и понял, что ему не уйти. Щемящая боль в груди затуманила сознание, и он увидел впереди не асфальт дороги, а коридор одесского гестапо с идущим навстречу гауптштурмфюрером Гетцке. Встряхнул головой, будто разгонял видение, замигал указателем правого поворота, перестроился, пошел к тротуару, встал.