Антология советского детектива-7. Компиляция. Книги 1-11

В углу, там, где должна была стоять изразцовая печь, Галка увидела черный квадрат люка, а печь, непонятным образом отодвинутая в сторону, стояла почти впритык к широкой деревянной кровати. Галка вспомнила ночь, проведенную в этой комнате, пробуждение на рассвете, ломящую боль в висках и… видение движущейся по комнате печи…

— Лестница отвесная. Восемьдесят семь ступенек. Скорее, — сказал Сергей, передавая ей фонарь.

* * *Низкие своды катакомб. Приходится нагибаться, чтобы не удариться головой. Тяжелый, затхлый воздух. Шершавые стены то сдвигаются так, что между ними едва пролезешь боком, то расступаются, образуя просторные залы-пещеры.

А вот развилка — три каменных коридора расходятся в разные стороны.

— Налево. Скорее.

Сергей все время торопит. Но погони как будто не слышно. А может, хруст осыпи под ногами заглушает отдаленные шорохи?

— Скорее."

"Галка оглянулась на Сергея. Он к чему-то прислушивается. Потолок стал еще ниже. Ноет согнутая в три погибели спина — хоть ползи на четвереньках. Если б не расшибленное колено, Галка бы поползла. Как глубоко они под землей? Метров десять, а может и больше.

Это, видимо, одно из ответвлений Старых каменоломен. Говорят, такие коридоры тянутся чуть ли не подо всем городом. Когда-то здесь добывали строительный камень. Главные выработки расположены в районе Корабельного поселка. Там скрываются партизаны. Может быть, Сергей ведет ее туда? Впрочем, это не существенно. Главное, что она спасена. Еще полчаса назад у нее не было никакой надежды. Но вот она идет путанными коридорами катакомб. Тех самых катакомб, которые за последний год укрыли в своем многокилометровом лабиринте не одну сотню людей. Она будет жить! Будет видеть небо, паруса на горизонте, белые свечи каштанов; слышать смех, музыку, гудки пароходов; дышать свежим, пахнущим морем воздухом…

— Галя, подожди. Дай фонарь.

Освещенное снизу лицо Сергея пугает рубленными линиями скул, оскалом рта, черными провалами глазниц, в которых едва угадывается мерцание зрачков. Но это только игра тени. На самом деле у него доброе лицо. Кто-кто, а она хорошо знает. Но, может, она знает только маску, удачную гримасу опытного актера, а настоящее его лицо вот это — суровое, пугающее? Она знает Сергея Кулагина.

Но Кулагина уже нет, да и не было никогда. Была только роль в долгом трудном спектакле. Капитан-лейтенант Виноградов… Что в нем от персонажа, которого он играл? Быть может, ничего.

Галке становится не по себе. Она нисколько б не удивилась, если бы Сергей вдруг заговорил незнакомым ей голосом.

— Галя, отойди в сторону.

Нет, голос у него тот же.

Луч фонаря осветил выступающую из стены глыбу камня. Глыба нависает над узким проходом. В руке у Сергея небольшой ломик.