Антология советского детектива-7. Компиляция. Книги 1-11

Я допускал, что устроенный мною завал может быть разобран нашими преследователями еще до рассвета. «Но на худой конец, — думал я, — мы с Галей уйдем под воду раньше, прихватив с собой лишние респираторы, которые бросим, как только станет светло и мы сможем двинуться по намеченному маршруту».

Я не видел оснований для беспокойства. А они были. До сих пор не пойму, как я не заметил, что у Гали настолько расшиблено колено. Она не сказала мне об этом, сама перевязала рану, видимо, не желая огорчать меня, связывать мне руки, — ведь она отлично понимала, что значит для пловца больная нога… Было еще одно обстоятельство, которое не могло не тревожить Галю и которое я не принял во внимание по той простой причине, что не знал о нем.

Я не знал, что в состав дельсартовского отряда входят так называемые боевые пловцы. Мы столкнулись с ними уже под водой — они караулили нас в сравнительно узком проходе портовых ворот, миновать которые мы не могли.

Незадолго перед этим я заметил, что Галя отстает от меня, хотя плыл я не быстро. Обратил я внимание и на то, что она плывет в довольно неудобном под водой положении — на боку, работая только одной ногой.

Когда же я попытался объяснить ей, что надо работать обеими ногами, ее глаза за очками дыхательной маски виновато улыбнулись. Она показала расшибленное колено, и я мысленно выругал себя: с такой ногой не только плыть на четырехмильную дистанцию — купаться в ванне было нельзя. Видимо, поняв мое состояние, Галя ласково погладила меня по руке и ободряюще подмигнула: мол, ничего дотяну как-нибудь. Но впереди нас ждали боевые пловцы…

В дневнике дель Сарто Вы найдете следующее описание разыгравшейся тогда трагедии (цитирую дословно): «…Я вызвал в порт парней из группы «Гамма» (подразделение боевых пловцов) и вместе с ними спустился под воду.

Остывшее за ночь море было холодным, но меня бросало в жар при одной мысли о том, какая страшная опасность нависла над Галиной: больная, без предохранительного костюма, едва знакомая с водолазной техникой, она была обречена. Я сделал все, чтобы спасти ее. Но — увы, случилось то, чего я боялся больше всего: холодная вода безжалостно скрутила в судороге обессиленное тело молодой женщины, и Галина, потеряв от боли рассудок, стащила с лица дыхательную маску…»"

"Тут что ни слово — ложь.

Наглая, беззастенчивая! Дель Сарто грубо извращает факты, пытаясь оправдаться перед читателями дневника. У Гали не было никакой судороги. Когда мы столкнулись с боевыми пловцами, Галя поняла, что ей с ее больной ногой не уйти от них, понимала и то, что я не оставлю ее. И тогда, сжав зубами резиновый загубник, она крикнула: «Сережа, эстафета — главное», — и сорвала с себя маску.

Вот, собственно, и все, что я мог рассказать Вам о Гале.