Антология советского детектива-7. Компиляция. Книги 1-11

Вы сегодня приехали?

— Вчера.

— Тогда у нас еще будет время распить бутылку натурального кахетинского вина фирмы «Иверия».

— Натуральное вино — это то, ради чего стоит жить.

— Вы торгуете винами? — спросил Рафик.

— Не только винами.

Нахапетов уважительно кивнул.

— Спасибо вам еще раз, — сказала Валя.

И они ушли.

Глядя им вслед, Каиров вспомнил:

«Нахапетов Рафаил Оскарович, 1899 года рождения, прибыл из города Майкопа. Заготовитель Агентства Всероссийского кожевенного синдиката. Комната 31».

В холле у окна на кресле лежал полосатый, похожий на матрац мешок, набитый вещами.

Женщина, окруженная тремя детьми дошкольного возраста, громко договаривалась о номере с рябым администратором. Она хотела поселиться непременно на первом этаже, то и дело указывая рукой в сторону древнего старичка, который сидел возле мешка на камышовой циновке и, закрыв глаза, твердил:

— Аллах экпер! Аллах экпер!

Аллах, видимо, на самом деле был велик. Потому что рябой администратор бросил женщине ключи. И зажал уши руками.

Подождав, когда женщина, а за ней — и дети, ушла от конторки, Каиров спросил администратора:

— У вас в городе где-то есть художественная мастерская? Оформление интерьеров, реклама.

— На улице Кооперации, — быстро и угодливо ответил администратор. — Как раз напротив водопровода.

5Улица встретила его прохладой. Первыми звездами. И запахами шашлыков. Где-то играла музыка, скорее всего на какой-нибудь открытой террасе, обвитой дикими розами, глициниями, плющом. Скрипели рессорами тарантасы, щелкали кнуты кучеров:

— Но-о! Мила-а-ая!

Каиров вначале увидел не водопроводную колонку, а «роллс-ройс». И решительно направился к мастерской.

Для осуществления намеченного им плана необходим был транспорт. Каиров не собирался тащить ящик на себе. Конечно, проще договориться с извозчиком. Но разве «самодвижущийся экипаж» хуже телеги? Нет. А уж хозяйка экипажа, само собой разумеется, симпатичнее любого здешнего владельца конного транспорта.

...На двери висела табличка: «Открыто». Каиров легко толкнул дверь. Она пошла вовнутрь, распахиваясь светлой комнатой, обшитой деревом, с верстаком вдоль стены и мольбертом у окна, слева от входа. В центре комнаты стояла Виктория Шатрова в бриджах и оранжевой куртке спортивного покроя.

Руки на бедрах, ноги на ширине плеч. Не обращая внимания на Каирова, она продолжала делать гимнастику, энергично поворачивая туловище то в одну, то в другую сторону.

— Мой покойный приятель полковник Ованесов говорил, что человек — это прежде всего система мышц. И что жизнь — это не карты и даже не женщины, а прежде всего — движение.

Каиров просто так, вспомнив совет Боровицкого, упомянул фамилию Ованесова. В конце концов, это очень распространенная фамилия.