Антология советского детектива-8. Компиляция. Книги 1-17

Уже кончалась весна, уже весь город оделся в зелень, москвичи переезжали на дачи, и в самом городе тут и там прямо на улицах возникали кафе под полотняными тентами…

Марию Сергеевну огорчало изменившееся за последнее время отношение Леночки к Павлику, да и вообще какая-то странная перемена в дочери. А сама Леночка ни о чем не хотела рассказывать. Наоборот, она стала замкнутее, молчаливее, но внимательные материнские глаза замечают подчас то, чего не видят ни мужья, ни женихи, ни поклонники.

Поздно вечером, перед сном, Мария Сергеевна зашла в комнату к дочери.

Та сидела за учебником.

— Ты знаешь, Леночка, я не вмешиваюсь в твои дела, это ни к чему не приводит, — заговорила Мария Сергеевна. — Но не очень-то порядочно не щадить близких людей.

— Это ты о Павлике? — мрачно спросила Леночка.

— Хотя бы.

— А что ему?

— Как “что”? — возмутилась Мария Сергеевна. — Жених он тебе или не жених?

— Слово-то какое… Фу! — попыталась отшутиться Леночка, уклоняясь от разговора. — Жених, невеста, приданое…

— Ладно-ладно, ты понимаешь, дело не в словах. Ты его еще любишь?

Леночка промолчала.

— Спрашиваю, любишь или нет?

— Люблю.

— Так надо о нем подумать, на нем лица нет.

Леночка опустила глаза.

— Ничего не случится. Крепче будет…

— Какая ты бесчувственная!

— Ах! У меня сейчас нет времени на чувства, у меня экзамены.

— Для Павлика нет времени или вообще?

— Вообще.

— Вижу, какие у тебя экзамены, то и дело пропадаешь по вечерам.

— У меня дела.

— О которых ты не можешь сказать ни матери, ни жениху?

— Опять это ужасное слово!

— Ты не отклоняйся…

— Придет время, скажу, а сейчас не могу, не имею права, слово дала…

Мария Сергеевна готова была вспылить, но сдержалась.

Уходя, уже на пороге она холодно сказала:

— Я тебя ни о чем не спрашиваю. Но на твоем месте я бы извинилась перед Павликом.

Леночка широко раскрыла глаза.

— Я буду извиняться?

— Но ведь не я же?

— Ни за что! — отрезала Леночка.

— Даже ради моего покоя? — холодно спросила Мария Сергеевна.

— Да я, может, беспокоюсь о твоем покое больше, чем ты думаешь! — вырвалось у Леночки. — Ничего-то ты, мамочка, не знаешь!

— И знать на этот раз не хочу, — сердито произнесла Мария Сергеевна и ушла к себе.

Она была уверена: пройдет несколько минут — и дочь прибежит к ней. Но Леночка не появлялась.

Ей хотелось пойти к матери, так она еще никогда с ней не разговаривала. Но нервы уже отказывали, Леночка боялась проговориться. Уткнувшись головой в подушку, она горько проплакала всю ночь.

А Мария Сергеевна тоже провела эту ночь в тревоге и смущении. Она невольно заразилась тем нервическим состоянием, в котором находилась ее дочь.