Антология советского детектива-8. Компиляция. Книги 1-17

Вот он и спрашивает: идти или не идти?

— Я сейчас приеду, — сказал Евдокимов. — Спасибо, что позвонили. Передайте, буду у них через десять минут.

Он действительно появился в квартире у Анохиных через четверть часа.

— Ну, показывайте, — сказал Евдокимов. — Где ваша телеграмма?

— Телеграмма ваша, а не наша, — усмехнулась Шура, пытаясь за усмешкой скрыть тревогу.

Анохин молча протянул ему телеграмму.

— “Немедленно явиться на завод”, — вслух прочел Евдокимов.

Он посмотрел на свою подпись…

Вот он, привет от господина Эджвуда! Тот обещал ему напомнить о себе. Они решили воспользоваться его фамилией; только они рассчитывали, что Евдокимов увидит эту телеграмму после того, как все произойдет…

По поводу всякого другого вызова, полагали они, Анохин сможет обратиться к Евдокимову, но по вызову Евдокимова он отправится с места в карьер…

Евдокимов еще раз прочел телеграмму и перевел взгляд на Анохина.

— Что ж, — произнес Евдокимов, — придется пойти.

— То есть как “пойти”? — воскликнул Анохин. — Вы понимаете, зачем меня вызывают?

— Понимаю, — спокойно сказал Евдокимов. — Вас ждут у завода или где-то по дороге к заводу.

— Нет, я не пойду, — решительно заявил Анохин. — Я не хочу лишний раз подставлять свою голову!

— Но ведь вы должны понять, что иначе нам не взять Жадова, — упрекнул его Евдокимов. — Он очень ловко скрывается. Скрываться — это его профессия, и он никогда не обнаружит своего присутствия, если перед ним не появится его добыча.

— Но ведь он подстерегает меня не для того, чтобы заключить в свои объятия! — сердито сказал Анохин.

— Но мы-то будем наготове! — возразил Евдокимов. — До сих пор ни один волос не свалился с вашей головы!

— Это просто повезло, — не сдавался Анохин.

— Боитесь? — спросил Евдокимов.

— Да, боюсь, — откровенно признался Анохин. — Я уже говорил: вы не знаете Жадова. Он стреляет без промаха — днем, ночью, с завязанными глазами…

Самым заветным желанием Анохина было, чтобы арестовали Жадова, но сам он не хотел в этом принимать участия; при мысли о встрече с Жадовым им овладел ужас, он начинал чувствовать какой-то неприятный холодок и, даже мысленно представив себе давящий взгляд бесстрастных, каменных глаз Жадова, втягивал голову в плечи и готов был бежать от них хоть на край света.

— Но ведь вы разведчик, — сказал ему Евдокимов. — Вы должны быть готовы ко всему…

— Ах да никакой я не разведчик! — раздраженно выкрикнул Анохин. — Я нанялся в шпионы потому, что мне нечего было жрать!

— Но вы должны нам помочь, понимаете? — спросил Евдокимов. — Вы этим помогаете самому себе, своей семье. Мы не дадим вас убить.

Анохин упрямо молчал.

— Второй такой случай не повторится, — убеждал его Евдокимов.