Антология советского детектива-8. Компиляция. Книги 1-17

— Однажды ко мне подошел один тип и пытался установить со мной контакт… Я понял, что фашисты сумели кое-что расшифровать из нашего кода…

— Когда это было и где?

— Два месяца назад, двадцать первого мая… — Лотт передохнул. — В тот вечер я ужинал в ресторане «Жозефина». Ко мне подсел средних лет мужчина, невысокого роста, широкоплечий, спортивного вида. Правильные черты лица. Бакенбарды. Нос с горбинкой. Да вот его портрет, я его нарисовал по памяти. — И Лотт передал рисунок Егеру. — Сперва мы молчали. Потом он немного выпил, заговорил. Разговор был на общие темы — о войне, о женщинах, о медицине.

После ужина, уже на улице, он вдруг попросил у меня телефон и полез за ручкой, хотел записать мой номер, да пожаловался: «Купил авторучку… и не знаю, что с ней делать, не пишет». Это был наш пароль, но в нем недоставало нескольких слов. Я чуть было не растерялся. Предложил ему свою ручку.

— Кто он?

— Не знаю. Сказал, что находится здесь проездом по медицинским делам.

— Вот видишь, а ты сомневаешься, должен ли ты уехать! В Центре твое молчание расценили неслучайным, но предполагали худшее… Впрочем, обстановка острая, и мне предстоит… А в общем, поживем — увидим.

Где рация?

— Я ее зарыл в лесу.

— Правильно сделал. Покажи место. На всякий случай я привез свою, вместе с новым кодом.

— И надо же было этому фотографу забрести ко мне и купить светофильтр, как будто их нет в других магазинах! — поморщился Лотт и даже сплюнул от досады. — А вдруг это была все же чистая случайность?

— Чистая случайность, которая может стать роковой. И с этим нельзя не считаться, — заметил Егер.

— Конечно, гестапо может это установить, но не рано ли меня списывать? — продолжал размышлять Лотт.

 — Ведь сам по себе заход фотографа в магазин и покупка им светофильтра еще ничего не означают и не могут меня компрометировать. Народу у меня бывает немало, — пытался он убедить Егера в том, во что, по сути дела, сам мало верил.

Егер понимал состояние Лотта, его искреннее желание быть на передовой. Но интересы безопасности и судьба операции требовали однозначных и категорических решений.

— Ты исходишь из того, что посещение магазина фотографом может остаться не замеченным для гестапо. Ну, а если они этот факт установили и, больше того, если вдруг фотограф вообще находился под их наблюдением? Ведь он принадлежит к левым организациям, как утверждают газеты, и его портрет не сходит со страниц хроники.

И последнее, самое важное. Подход к тебе со стороны гестапо разве случаен? Гестапо умеет идти по следу, ты это знаешь. Нет, Анатолий, тебе надо немедленно уезжать. Немедленно. — Егер ласково обнял Лотта за плечи.

— Понимаю. Жаль, не смог главного выяснить: что же, в конце концов, так тщательно охраняют здесь фашисты? Ходят слухи, будто бы молоко.